— Алло?
— Добрый вечер, — сказала Бриджит.
— Бриджит Каллагэн? — уточнил голос. Что-то в нем меня сразу насторожило. Акцент был нездешний, европейский, по-моему испанский. И как будто говорил очень старый человек, лет под девяносто.
Дверь открылась, и в комнату влетел еще один полицейский, показал начальнику поднятые вверх большие пальцы. Запись началась.
— Да. Я хочу поговорить с Шивон, — сказала в трубку Бриджит, следуя полученным ранее указаниям.
После паузы заговорил другой человек. Молодой, определенно уроженец Белфаста. Скорее всего, Северного Белфаста.
— Ваша дочь жива. Можете мне поверить. Теперь что касается сегодняшней полуночи…
— Я хочу с ней поговорить, — повторила Бриджит.
— Вы будете делать только то, что вам скажут, — отозвался голос.
— Я ничего не буду делать до тех пор, пока не поговорю с ней! — возразила Бриджит.
Еще одна пауза, более длинная.
— Шивон, скажи что-нибудь, — приказал второй голос.
Короткая пауза, а затем — слабый голосок:
— Мама, мамочка!..
— Шивон, Шивон, родная, ты в порядке?! — закричала Бриджит, слезы брызнули у нее из глаз.
— Все в порядке, мамочка. Все хорошо… Ма…
— Что они с тобой сделали? Что случилось?
— Ммм… Все хорошо… Все какое-то… странное…
— Шивон, милая, все будет хорошо! Я скоро приеду за тобой. Держись, родная, я тебя очень люблю, — говорила, словно убаюкивала дочку, Бриджит.
— Я тебя тоже люблю, мамочка… — сонно пробормотала девочка.
Тишина. Бриджит немного успокоилась, и в трубке снова раздался голос второго похитителя:
— Вы собрали деньги?
— Да.
— Отлично. Теперь вы знаете, что она жива. Но чтобы обмен прошел гладко и вы смогли ее получить, вам необходимо беспрекословно выполнять наши указания. Требуется совершить определенные действия, скажите копам, чтобы они все записали. Во-первых, все вертолеты должны быть на земле начиная с двадцати трех часов. Если хотя бы один вертолет останется в воздухе после одиннадцати — сделка отменяется и девочка умирает. Во-вторых, рядом с Часовой башней Альберта находится телефонная будка. Мы позвоним в двадцать три часа сорок восемь минут. Туда вы должны прибыть одна и с десятью миллионами. Если мы увидим хоть одного полицейского или кого-нибудь из ваших подручных — сделка отменяется и девочка умирает. В-третьих, вам придется довольно долго петлять по городу, так что у вас должна быть машина и вы должны уметь хорошо управлять, потому что стоит нам увидеть в машине кого-то постороннего — сделка отменяется и девочка умирает. В-четвертых, когда вы встретитесь с посредником, он вас обыщет, и, если вы окажетесь без денег или он обнаружит «жучок», сделка отменяется, посредник уходит и девочка умирает. Никаких джи-пи-эс-навигаторов, «жучков», передатчиков, мобильных телефонов. Вам все понятно?
— Телефон-автомат у Часовой башни Альберта, — проговорила Бриджит.
— Именно так. Двадцать три сорок восемь. Там вы получите остальные указания. Повторяю: автомобиль, деньги и никаких посторонних. Будете дурой — останетесь без дочери, будете умницей — все будет тип-топ.
И трубку повесили.
В комнату вернулся тот самый констебль, который объявлял о начале записи.
— Ну? — грозно спросил начальник участка.
— Сэр, звонок мы отследили. Он был сделан с телефона, украденного из магазина в Ларне — их целую партию украли. Телефонная карта давно просрочена, но им как-то удалось ее использовать, — доложил констебль.
— То есть вы не смогли ничего обнаружить?
— Ну… Звонили, несомненно, из Белфаста. Сильный местный сигнал. Парни из технического отдела полагают, что источник сигнала находится в пределах пятимильной зоны. Это пока все, что мы выяснили.
Начальник участка вздохнул.
Пока двое полицейских беседовали друг с другом, а все прочие изображали бурную деятельность, Бриджит сидела и тихо плакала. Не было больше ни босса, ни стервы-начальницы, осталась только обезумевшая от страха мать. Я прошел мимо Морана и его головорезов и присел рядом с Бриджит. Осторожно обнял ее за плечи:
— Не плачь, Бриджит, все будет хорошо.
Она кивнула, не отодвинулась от меня, продолжая всхлипывать.
— Шивон жива, это отлично… Я знал, что так будет, она же вся в тебя, все выдержит. Самое главное, что она жива и здорова. И скоро, очень скоро ты ее снова увидишь, — прошептал я.
Бриджит улыбнулась.
— Ох, Майкл, твои бы слова да богу в уши! — всхлипнула она.
Начальник участка начал раздавать отрывистые команды полицейским-бездельникам: