Спальня оказалась довольно большим помещением, с круглой кроватью посередине, с письменным столом из настоящего дерева, и многочисленными сундуками, расставленными без всякой системы. Блок тахионной связи располагался в небольшой нише, вырубленной в стене. На полу лежала желтовато-серая, изрядно потертая шкура псевдольва с Пелора. Несколько небольших голограмм изображали короля Гуго во время коронации.
— Я могу забрать свои вещи? — спросила профессор Смит и выжидательно посмотрела на Гомеса. Возможно, она надеялась, что новый правитель Фундуса предложит ей остаться.
Но сержант, ах нет, уже король, лишь кивнул, даже не посмотрев в ее сторону. Он включил тахионную связь и вставил золотой диск в приемное гнездо.
— Ну вот и все! — Ти рассмеялась, обняла Рауля за шею и поцеловала в щеку. — Ты молодчина! Будем надеяться, что посланное заявление спасет эту дурацкую планету.
Профессор Смит тем временем набрала целую коробку “своих вещей”, попыталась даже свернуть в трубочку львиную шкуру, но та оказалась прибитой к полу. Ада Смит лишь оторвала у шкуры хвост, после чего наконец профессор покинула спальню.
— Итак, Ти, может быть ты наконец мне объяснишь, зачем этот дурацкий спектакль с провозглашением короля и... — начал Гомес, с трудом пытаясь скрыть раздражение.
— Ничего дурацкого в происходящем нет! — Ти Эм насмешливо прищурилась. — Королем Фундуса может стать любой после смерти предыдущего владыки. Никаких ограничений по этому поводу не существует, даже убийство по местным законам не наказуемо. Другое дело, что это не самая желанная должность в Галактике.
— Но зачем? Зачем! — Гомес уселся на кровать и провел руками по лицу. Его глаза, привыкшие к защитным стеклам очков, резал даже самый слабый свет.
— После того как Фундус занялся похищением граждан Лиги миров, решено было устранить короля. И я согласилась в этом участвовать. Тем более, что был шанс найти тебя.
— А как же взбесившийся LEX? Я весь вечер вчера отсматривал информацию по уничтоженным планетам. И еще – по Менс, которая тоже находится под ударом. Вечер на Фундусе длинный. Все они странные. И я почти уверен, что летающая крепость попросту уничтожает “странные” с ее точки планеты. Те, которые не вписываются в рамки, которые не походят на других. Фундус — одна из них.
— Как только планета вступит в Лигу Миров, опасность исчезнет. LEX ни за что не нападет на планету, входящую в Лигу Миров.
— Я бы не стал утверждать так категорично. Это только догадки. Есть какое-то подтверждение этой информации?
— Пока нет.
— А Джей, он тоже работает на вас?
— Да, он снабжает нас материалами.
— Ты ошибаешься, Ти Эм, не он работает на Галанет, а вы на него, — уточнил Гомес. — И я теперь король по милости его хозяев. Так?
— Чего ты боишься, Рауль?
— Чего я боюсь? И она спрашивает, чего я боюсь?! — взорвался Гомес. — Я ненавижу эту планету больше всего на свете. Я был счастлив, когда наконец покинул ее. И вот спустя пять лет я снова очутился здесь и вновь... Ты... Благодаря тебе я прикован... Брошен на это треклятое дно!
— Ты теперь король!
— Ну и что? Думаешь, быть королем на Фундусе лучше, чем быть полицейским? На кой мне ляд этот титул? Я бы предпочел быть сержантом на своей родной Гренаде. — Гомес сорвал с головы корону и швырнул на кровать. — Лучше бы ты короновала Жана. Он был бы счастлив и раздувался от важности каждый раз, когда к нем обращались “ваше величество”! Поверь, ему бы этого вполне хватило для счастья.
— Чем тебе не нравится Жан?
— А тебе он нравится?
Ти Эм отрицательно мотнула головой.
— Неужели?
— Не хочешь быть королем — отрекись! — Ти Эм пожала плечами. — Но лишь после того, как дело с летающей крепостью разрешится. И не воспринимай все так серьезно. Побудешь несколько дней в роли короля, а потом пошлешь всех в черную дыру. Хочешь, полетим отдохнуть на Райский уголок?
В пылу спора он заметил это многозначительное “полетим”, но, можно сказать “пролетел” мимо него на полной скорости.
— Не относиться серьезно к случившемуся? Как так? Ты отдаешь мне во власть целую планету, которой грозит уничтожение, а после этого заявляешь: это несерьезно. Плюнь на всех и беги! А что для тебя тогда серьезно? Что? Лишь касаемое лично тебя, твоих обид, твоих интересов, твоего тела?