— Я должен обещать сохранить полученную от вас информацию?
— Разумеется.
— Я не могу ничего обещать.
— Выслушайте меня сначала и воздержитесь от столь категоричных заявлений. Итак... Начать придется издалека. Более ста лет назад участились случаи выхода планет из состава Лиги Миров. Многих не устраивали общие для всех планет законы, слишком сложные и ограничивающие их права, диктат чиновников и придирки многочисленных бюрократов. Колонистам на планетах или автономных цивилизациям ксенов казалось, что они сами могут обеспечить нужный уровень жизни и защитить себя. Встревоженные таким положением дел, чиновники Лиги Миров обратились к ученым из центра “Галилей”, чтобы те разработали программу оптимизации управления. Уж не знаю, как они сформулировали задачи умникам из “Галилея”, но те рьяно взялись за дело. Учесть пожелания всех, создать законы, устраивающие всех невозможно. Это хаос. Вы знаете теорию хаоса, профессор Раскольников?
— В общих чертах... — пробормотал профессор, тем временем пытаясь выудить из своей генетически уплотненной памяти те немногие познания о теории, которая его не слишком волновала. Почему-то вспомнил, что поклонником хаоса был сержант Гомес, ставший теперь королем Раулем Первым. Судя по всему, весьма перспективная теория. — Насколько я знаю, минимальное изменения начальных условий может привести к катастрофическим последствиям.
— В самую точку. Жаль, что вас не было на “Галилее”, — улыбнулся руководитель “Эгиды”. — Возможно, вы спасли бы немало жизней. Так или иначе, ученые собрали данные о всех обитаемых (известных на тот момент) планетах, их населении, законах, обычаях, социальных группах, религии, политическом устройстве, технологиях... Это была огромная работа. Люди, ксены, члены Лиги миров или изгои — неважно — все были изучены, поименованы, занесены в память научных компьютеров “Галилея”. И вот что выяснилось достаточно неожиданно: оказалось, что подавляющее большинство планет можно отнести всего к нескольким типам по политическому и социальному устройству. Несмотря на разительные на первый взгляд внешние различия, особенно биологические, в социальном плане цивилизации похожи друг на друга, одни подобны другим, и совсем нетрудно написать для них общие законы и правила, которые они примут охотно и с почтением. Но что делать с теми немногими обществами, чье устройство не походит на остальных, чей мир построен совершенно по иным законам, но кто хочет войти в состав галактического сообщества? Можно, конечно, включить их законы в законы Лиги, но тогда вновь возрастала, причем неимоверно, степень бюрократизации. К чему обитателям Геи-квадриус законы о почитании молодых особей с планету Ру? Не говоря о том, что законы некоторых планет противоречат законам Лиги Миров. Тут вообще вопрос неразрешим. В конце концов, ученые пришли к выводу: предложить обитателям этих нескольких “исключительных” планет принять у себя законы Лиги или отказаться от членства в Лиге Миров и продолжать существование на свой страх и риск. Решение достаточно простое и удобное. Главное, у обитателей планет был выбор...
— И что они выбрали?
— По-разному. — Гурабов сделала паузу. Небольшую, но все же заметную. — Подавляющее большинство вошло в Лигу, другие предпочли сохранить верность традициям. Но таких планет оказалось всего две. Потом одна из колоний также вышла из Лиги... Потом Ру срочно вступила в Лигу. Так что количество независимых постоянно колебалось. Но через несколько лет число желающих выйти стало вновь увеличиваться. Ясно было, что выработанные универсальные законы надо постоянно менять так, чтобы они устраивали максимальное число обитаемых планет. “Галилей” вновь принялся за дело.
— Ну... В общем-то то, что вы мне рассказываете — известная политическая склока. Но с тех пор прошло уже немало лет и как будто Лига больше не несет потерь. Или несет весьма незначительные. Я не слишком интересовался этим вопросом... до недавнего времени. — Платон не понимал, чего хочет полковник.
— Это внешняя сторона дела! — заявил Гурабов. — Я же рассказываю вам то, что осталось за экранами информационных компов. Так вот, ученые “Галилея” предложили создать что-то вроде изменяемого периметра, внутри которого расположены законодательные базы многочисленных планет. Внутри периметра можно было делать все, что угодно. Любые подзаконные акты, любые декларации, комитеты, но лишь бы они не пересекали периметр. Практически это бесконечность, замкнутая в ограниченном пространстве.