— Что вам надо? — услышал Гомес прерывающийся голос из-за бачка с мусором. Бачок стоял в этом дворе уже лет десять, и за это время мусор из него никогда не вывозили.
— Я же сказал, хочу помочь. А если вы, господа турсы, кините мне пару сотен кредов, буду сиять, как сверхновая.
— Подойди к нам, — приказал второй голос, не слишком уверенный, но более низкий.
Сержант огляделся и, не найдя вокруг ничего подозрительного, вышел из своего убежища.
— Оружие брось! — приказал все тот же второй голос.
— Пошел ты в черную дыру. Чтобы я бросил свой “магнум”? Видать, ты полный гибрид, если до такого додумался. — Гомес отметил, что за пять лет на пересадочной базе почти начисто забыл жаргон Фундуса. Но вряд ли турсы могли это заметить.
— Ладно, подходи так, — вновь послышался первый голос, более высокий. Женский? Из-за дыхалки не сразу разберешь, кто говорит. Но Гомесу показалось, что голос звучит чисто. Значит, женщина сняла маску. — У нас раненый, нам нужна помощь. Да прекрати ты, Жан! — закричала женщина, теперь Гомес был в этом уверен. — Это ты клялся, что знаешь Фундус, как свой сайт!
Гомес, не обращая внимания на спор, сделал несколько шагов и очутился на другой стороне мусорной кучи. Так и есть, женщина. Сняла и дыхалку, и очки. Смуглое лицо с тонким чертами, коротко остриженные черные волосы. Высокого роста, стройная — это видно даже под нелепыми лохмотьями. Молодая. Лет двадцать с небольшим. Рядом с нею высокий парень нацелил в грудь Гомесу “арминий”. Руки его заметно дрожали. Если этот идиот выстрелит с такого расстояния, то может и убить. Раненый лежал на боку на куче мусора неподвижно. Дыхалку с него сняли, и правильно сделали: парня время от времени рвало — около лица его застыла розовато-желтая лужица. Если бы турсы оставили раненого в маске, тот бы захлебнулся собственной блевотиной.
— Тут есть одно убежище, вполне безопасное. Парню помогут. — Гомес старался не совершать резких движений, чтобы этот придурок Жан не пальнул в него из “арминия”.
— А ты кто?
— Я же сказал: местный. Десять лет на Фундусе, всё здесь знаю. Вы угодили в засаду к потрошителям. Вас бы грабанули и загиперили. Потом бы съели. Обычно сюда притаскивают трупы. Но вы зачем-то пришли сами.
— Я же говорила: этот ксен врет! — выкрикнула девушка запальчиво.
— Это тебе, Ти, понадобилась эта дурацкая прогулка! — огрызнулся Жан. — Я лишь выполнял твои указания.
— А ты изображал из себя звездного волка. Я — космический рейнджер! Пол-Фундуса могу разнести! — передразнила Ти.
— Хватит ругаться! — оборвал их Гомес довольно резко. — Ваш друг вот-вот загиперится, а вы устроили метеоритную болтанку.
— Загиперится? — переспросил Жан.
— Ну да. Иначе — загнется. Как его зовут?
— Лех.
— Ну вот что, Лех, сейчас тебе тошно, как после столкновения с кометой, но скоро станет немного легче, а потом совсем хорошо.
Гомес вложил “магнум” в кобуру и попытался поднять раненого. Парень оказался довольно тяжелый. Пришлось снять с себя антигравитационный пояс и обмотать им туловище Леха. Пока Рауль проделывал эти манипуляции, раненого опять вырвало.
— “Паук” успел впрыснуть яд, — пояснил Гомес.
— Я с самого начала говорил: дурацкая затея, ничего не удастся раскопать, — бурчал Жан, шагая вслед за Гомесом.
Ти сделал вид, что не слышит его реплики. Она шагала рядом с Гомесом и придерживала голову Леха. Смелая девчонка: не боится, что парень начнет вновь блевать и замарает все ее шикарные лохмотья.
— Вот здесь, — Гомес остановился у двери Матушкиной квартирки. — Видите, как удобно: во дворе убивают, а за этой дверью оказывают недобитым медицинскую помощь.
Матушка тут же отворила дверь, Гомес внес раненого, уложил на постель. Ти и Жан вошли следом. Мембрана хлопнула, закрываясь. Теплый парной воздух пахнул в лицо. Каморка была тесной. Почти треть занимали разросшиеся колонии гумбов. Зато здесь могли находиться без дыхательных масок сразу пять или шесть человек. В углу висел яйцеобразный телеголограф. Передача шла с помехами. Объемные фигурки то и дело пропадали, чтобы через минуту явиться вновь — уродливыми, искаженными, дрожащими.
— Скоро парня заберут с планеты? — спросила Матушка, осматривая окровавленную спину пострадавшего. Вокруг раны успели появиться наполненные желтой жидкостью папулы.