Мэри не хотелось говорить, что это будет большим облегчением, ведь она уже привыкла к одиночеству. За годы, прошедшие после разрыва с Кольмом, Мэри полюбила свои тихие домашние вечера, так что царивший в доме Лурт кавардак немало её раздражал. И всё же…
И всё же этот мир такой странный. Мэри была совершенно не готова остаться с ним один на один. Она знала, что даже с помощью Кристины ей придётся прыгать выше головы.
– Может быть, у тебя есть знакомые, которые не отказались бы от соседки? – спросила Мэри. – Ну какая-нибудь одинокая женщина, которая рада бы была разделить с кем-нибудь заботы по хозяйству.
Лурт побарабанила пальцами по центральной части лба, как раз там, где сходились изгибы надбровного валика.
– Дай подумать… Дай подумать… – Но потом она чуть склонила голову набок, явно прислушиваясь к совету своего компаньона. – Отличная идея, – сказала она, кивая. Потом посмотрела на Мэри. – Недалеко отсюда живёт одна моя подруга, Бандра Толгак. Она геолог. И она совершенно без ума от глексенов.
– И её семья не живёт вместе с ней?
– Именно. Её союз с партнёршей распался какое-то время назад, а оба её ребёнка уже покинули дом – младшая дочь совсем недавно. Она как-то жаловалась на то, что дом теперь совершенно пуст. Возможно, ты с ней могла бы договориться.
Был прохладный осенний день; по серебристому небу разметались ленты перистых облаков. Лурт и Мэри шли по улице. Впереди виднелось здание шириной примерно с футбольное поле и высотой, судя по рядам окон, в четыре этажа.
– Это наша Научная Академия для женщин, – объяснила Лурт. – Бандра Толгак работает здесь.
Они подошли к одному из входов, закрытому тяжёлыми непрозрачными створками. Лурт открыла их, и они вошли в квадратный в сечении коридор, освещённый вделанными в стены прозрачными трубками, внутри которых шли каталитические реакции. Коридор был заполнен спешащими по своим делам женщинами поколения 147 – как раз студенческого возраста, а также проносящимися мимо с какими-то поручениями паукообразными роботами. Лурт остановилась на площадке перед двумя лифтами. Неандертальские лифты, когда никуда не едут, стоят с открытыми дверями, чтобы воздух внутри не застаивался; к тому же это позволяло с одного взгляда определить, находится ли какой-то из них на данном этаже. Лурт завела Мэри внутрь лифта, который ожидал пассажиров.
– Лаборатория Бандры Толгак, – произнесла Лурт в пространство.
Дверь закрылась, и лифт поехал вверх. Через несколько секунд дверь снова открылась, и они вышли в другой коридор.
– Третья дверь направо, – произнёс синтезированный голос.
Мэри и Лурт отыскали нужную, открыли её и вошли.
– Здравый день, Бандра, – произнесла Лурт в широкую спину находящейся в лаборатории женщины.
Та повернулась к ним и улыбнулась:
– Лурт Фрадло! Здравый день! – Тут взгляд её глаз поразительного пшеничного цвета упал на Мэри. – А вы, должно быть, учёная Воган, – сказала она. – Лурт сказала, что вы придёте. – Она снова улыбнулась и, к изумлению Мэри, протянула ей руку:
Мэри крепко пожала её.
– Я… я не знала, что неандертальцы так делают.
– О нет, – ответила Бандра, ухмыляясь. – Но я читаю о глексенах всё, что удаётся достать. Такой интересный народ! – Она убрала руку. – Я всё сделала правильно?
– Да, – ответила Мэри. – Всё как надо.
Бандра просияла. Она была из 144-го поколения, на девять лет старше Мэри – точнее, на восемь с половиной, потому что Мэри родилась в сентябре, а все неандертальцы рождаются весной. Волосы на голове и теле Бандры имели приятный серебристо-медный оттенок.
– Очень хорошо. О, постойте! Есть же ещё один ритуал! – Она изобразила на лице делано серьёзное выражение и спросила: – Как поживаете?
Мэри рассмеялась:
– Спасибо, хорошо. А вы?
– Я тоже хорошо, – сказала Бандра и тоже рассмеялась. – Такой замечательный народ! Так много всяких мелочей! – Она улыбнулась Мэри. – Для меня правда большое удовольствие познакомиться с вами, учёная Воган.
– Вы можете звать меня Мэри.
– Нет, не могу, – сказала Бандра и снова засмеялась. – Но я с удовольствием буду называть вас Мэре.
Лаборатория Бандры была заполнена геологическими образцами – кристаллами горного хрусталя, полированными камнями, мастерски препарированными жеодами и тому подобным.
– Какое удовольствие наконец-то познакомиться с живым глексеном, – продолжала Бандра. – Я прочитала о вас всё, что смогла найти.
– Э-э… спасибо.
– Ну так расскажите мне о себе. У вас есть дети?