— Почему в полицию не пошли?
— Я собирался, но эти меня нашли тем же утром. Предложили много денег. Подумал, мужика то не воскресить, а свои дела можно поправить.
Каплан достала телефон и показала фотографию.
— Это он?
— Да.
— Уверены?
— Точно говорю! Он мертв?
Милена кивнула.
— Я ещё кое-что видел. Он случайно его толкнул.
— А этим вы рассказали?
— Всё подробно!
— Прекращайте пить, а то без жилплощади опять останетесь.
— Я на работу выхожу после праздников. С пропиской проще устроится.
— Поздравляю!
Милена и Анна вышли из квартиры.
— Вот такая история, — произнесла Каплан.
— Это несправедливо! Сынок Давида знал, что отца убили случайно!
— И что ты предлагаешь? Вступим в конфликт с бандитами? Готова к перестрелкам?
— Ладно, признаю, что мы бессильны.
— Хоть на этом спасибо. Мы даже сейчас рисковали, просто задавая вопросы.
— У Мартина хоть что-нибудь осталось?
— А почему переживаешь?
— Просто у него бывшая жена и ребёнок.
— Им хватит на хлеб с маслом! Продадут активы. Вон твой босс и купит, наверно. Везёт ему!
— Так можете вы с братом приобрести!
— Зверев пока не предлагал. Он такие сделки со мной согласовывает.
— Надеюсь, битва не намечается!
— Не хотелось бы. Может, поэтому братик и не связывается.
— А если сынок Давида решил убить двух зайцев!
— Думаешь, он выкупит всё через полгода, когда родственники вступят в наследство?
— Неплохой план.
— А ты права. Позвоню-ка я Ивану.
Каплан набрала номер Зверева.
— Привет, дорогой. А расскажи мне, пожалуйста, почему мы не боремся за активы Мартина?
— О! Решила заняться бизнесом! Похвально!
— Я тебя серьёзно спрашиваю!
— Узнавал. Мы туда не полезем.
— А подробности будут?
— Сынок твоего покойного немолодого любовника претендует. Нужно объяснять, кто за ним стоит?
— Нет, я всё поняла! Ты молодец, что проверил.
— Ценю твою похвалу.
— Пока, братик. Целую. Утешь там Клико. Девочке так плохо сейчас.
— Стерва! До встречи!
Милена вопросительно посмотрела на Каплан.
— Мальчик далеко пойдёт, весь в папку. Ты была права.
— Любовью к отцу и не пахнет.
— Боюсь, Давид сам виноват.
— Ушёл из семьи?
— Нет, но он тиран. Изменял его матери наверняка. Бесчувственный тип. Сын вряд ли слышал от него хоть одно доброе слово.
— Это же не оправдание.
— Безусловно. Убийство нельзя объяснить тяжёлым детством.
— Зря я полезла. Всё равно никто преступника не накажет.
— Только если Высшие силы.
— Когда ты стала верить в справедливость?
— И не начинала, но иногда хочется…
У подъезда, из которого только что вышли Милена и Анна, притормозил белый седан. Из него вышли двое высоких мужчин.
— Здравствуйте, а мы к вам! — обратился один из них к девушкам.
— Кто такие?
— Хотим предостеречь вас от глупостей.
— Не переживайте, никуда не полезем. Парня не трогайте. Пусть живет в новой квартире спокойно.
— И не собирались, мадам.
— Всё поняли. Можно поедем? — включилась Милена.
— Конечно, не задерживаем вас. Очень не люблю причинять вред женщинам.
— Не надо нам угрожать, — процедила сквозь зубы Анна.
Мужчина улыбнулся, и оба вернулись в автомобиль.
— Хорошо хоть не тронули, — выдохнула ассистентка.
— Да? Ты же хотел острых ощущений.
— Не настолько.
— Тогда не лезь туда, где орудуют отморозки. По сравнению с ними твои коллеги-манипуляторы — малыши, которые играют в детские игры.