— В машине расскажу.
Ассистентка прихрамывала.
— Дежавю просто, — сказал босс и подхватил Милену на руки. — Ещё и автомобиль далеко припарковал.
— Не обязательно меня нести.
— Ага, и что обо мне подумают? Скажут, что я плохо спасаю женщин.
Милена засмеялась. Босс усадил ассистентку в автомобиль.
— Ну и что за спектакль?
— Я пыталась прощупать тех, кого допрашивали.
— И какой вывод?
— Мне не понравился Давид. Такой хам.
— Это не преступление.
— Остальные вполне искренне ответили, что с Анной бы так не поступили.
— Детка, ты не разбираешься в людях.
— Обидно. Я что, по-вашему, совсем дура?
— А они бы признались чужому человеку с улицы, думаешь?
— Странно себя повёл только Давид, — настаивала девушка.
— Ладно, я позвоню Ивану. Пусть обратят на него внимание. Я точно не готов раскошеливаться на слежку из-за Аннушки.
Анне принесли ужин и букет цветов.
— И от кого веник? — спросила Каплан.
— Заказчик попросил передать.
— Благодарности он от меня не дождётся! Ещё и выдал свой пол.
— Вы думали, что это может быть женщина? — спросил первый с улыбкой.
— Была парочка стерв на примете.
— Скоро заявят о выкупе.
В комнату вошёл второй.
— Выходи. Приехали.
— Эй, куда вы? Кто там? — перепугалась Анна.
Парни вышли. Каплан услышала шаги.
— Здравствуй, Анюта! — радостно крикнул Давид.
— Ты? И что тебе нужно?! — возмутилась Каплан.
— Хочу доказать тебе, что ты сделала неправильный выбор.
— Когда ты угомонишься? Десять лет прошло.
— Как думаешь? Твой муж отдаст за тебя всё своё состояние?
— А ты бы отдал?
— Конечно!
— Удобное у тебя положение. Твои слова никто проверять не будет.
— Я и не супруг.
— Хорошо, допустим, мы разведёмся после того, как старик Каплан выберет бабки. И что, я сразу побегу к тебе? После всего этого спектакля.
— Я искуплю вину.
— Хорошо, давай поиграем в твои игры. Развяжите, может?
— Естественно.
Давид позвал парней, и они освободили Анну от наручников и верёвок.
— Позвоним Каплану.
— Почему бы и нет?
— Начинайте, ребята.
Каплан выслушал требования. Просили миллион долларов.
— Как передать?
— Привозите завтра в шесть утра в Центральный парк и положите в деревянный ящик у первой от входа урны.
— Хорошо.
Давид сбросил звонок.
— Ну, вы же не попросили его отдать всё, — изобразила разочарование Анна.
— Вот завтра увидишь, как он даже от этих денег не сможет отказаться. Будет привлекать полицию, и рисковать твоей жизнью.
— Я не лучшая жена, а он так себе муж. Мы не сможем удивить друг друга. Нет уже предела взаимной мерзости. А знаешь, в чём беда?
— В чём?
— Ты даже хуже, чем мы!
— Почему?
— Узнаем завтра.
— Просто день «икс» какой-то, всё решится утром. Так что спокойной ночи.
— Спасибо. Нас ждёт прогулка в парке.
— Да, там красиво. Прекрасное место для разочарования.
— Куда уж больше.
— А у тебя позитивный настрой. Всегда есть вариант упасть ещё ниже, особенно в чьих-то глазах.
— Завтра тяжелый день. Мне нужно отдохнуть.
— Как скажешь. До скорой встречи.
Давид уехал, а Анна успокоилась. Теперь она точно знала, что хотя бы не в руках у отморозков. Утром мужчина вернулся.
— Поедем, посмотрим со стороны на твоего мужа.
— Хорошо, а то мне уже не хватает воздуха.
Черный Мерседес притормозил у парка. Там действительно было красиво. Яркая осенняя листва на деревьях, деревянные скамейки, кажется, новенькие.
— Мило. Жаль, нам нельзя погулять, — сказал Давид.
— Сам виноват. Неправильно как-то ухаживаешь за женщинами.
Анна замолчала. Она увидела подъезжающий автомобиль супруга. Каплан затормозил, вышел из машины, в руках у него был черный мусорный мешок из плотного полиэтилена. Он приблизился к ящику и оставил там деньги.