— Даже так.
— Конечно, не всегда клиент и юрист подходят друг другу по характеру.
— Тогда расскажите мне про них немного.
— Зачем? Это моё субъективное мнение.
— Я вам полностью доверяю.
Каплан села в кресло и закинула ногу на ногу, приготовившись слушать. Фёдору Ивановичу не оставили никакого выбора, и он сел напротив за стол.
— У Сергея Петровича опыт работы двадцать лет. Характер спокойный, но сразу предупреждаю: дотошность, которая важна в работе, в общении проявляется как излишнее занудство. Дмитрий молодой, но очень бойкий, гиперактивный холерик.
— А последний?
— Не буду говорить.
— Он вам не нравиться! Почему?
— Личная неприязнь.
— Значит, его сразу отметаем.
— Не стоит. Я же говорю, что выводы нужно сделать самостоятельно.
— Нет, заберите визитку.
— Хорошо, но вы это зря.
— Я так решила. Не люблю тратить время на людей, которым нельзя доверять. Он вас обманул?
— Обхитрил. Это чуть-чуть другое.
— Вы смягчаете ситуацию. Я же вижу.
— От вас ничего не скроешь?
— И не надо пытаться, — сказала Каплан с улыбкой и встала с места.
Она принялась медленно проходиться по кабинету, рассматривая книги на полке.
— Только профессиональная литература?
— Да, конечно. Больше не на что нет времени.
— Ну надо же и развлекаться когда-то. Жена не обижается?
— У меня её нет.
— Развод?
— Нет, никогда не был официально женат. Знаете, насмотришься на эти бракоразводные процессы, потом никак не можешь на это решиться. Столько грязи.
— Понимаю. А я вот обязательно собираюсь выйти замуж, поэтому и юрист не помешает.
— Конечно, я признаюсь, что читал вашу историю.
— Извините, даже вспоминать не хочу.
— Да, конечно, прошу прощения, что напомнил.
— Ничего страшного.
— Почему вы выбрали в мужья старика?
— Он безопасен и богат.
— Что значит безопасен?
— Я его никогда не любила. Так думала раньше…
— Что же произошло?
— Он умер, а я осознала, что потеряла близкого человека.
— Предпочитаете богатых?
— Можно, отвечу короткой историей?
— Конечно, с удовольствием послушаю.
Анна снова села в кресло напротив Фёдора Ивановича.
— Однажды я зашла к директору по развитию. Эта женщина работала на брата. Она отчитывала подчиненную. Потом перешла на личности и стала оскорблять. Я просто смотрела на них и молчала.
— Почему не вступились?
— Я остолбенела. Пошла к брату и спросила, почему его директор так себя ведёт. Он ответил, что её менеджер — мать одиночка с ипотекой. И всё стало понятно, она делает так, потому что может. Девушка скована обязательствами и вынуждена терпеть.
— Какова мораль?
— Деньги дарят свободу. Возможность встать и уйти оттуда, где тебе не нравится.
— Как та дама? Знаете?
— Уехала в больницу. Гипертонический криз у молодой девчонки.
— Теперь я понял, что вы вкладываете в слово «безопасность». Но всё же меня интересует ещё один вопрос.
— Какой?
— Почему никто не защитил?
— Ха! А кому она нужна? Все думают о себе.
— И ваш брат?
— Он в первую очередь.
— Звучит грустно. Может, хотите кофе, а то совсем тоска!
— Ну, только не начинайте думать о несправедливости жизни.
— Ни в коем случае.
— Знаете, что я делаю, когда мне печально.
— И что же?
— Слушаю виниловые пластинки.
— Включайте.
— Серьёзно?
— Конечно, по-моему, самое время.
— В кабинете только Pink Floyd. Остальное дома.
— Подойдёт.
Анна прикрыла глаза.
— Как вам?
— Скорее расслабляет, чем веселит.
— Согласен.