Медер прикрыл глаза, боясь рвущегося голоса совести. Арахна застыла: ловушка от графа была ловкой. Он загнал короля в его же сети, указывая на его же собственную доверчивость! И пусть граф понимал, что и Сонор, и Боде, и другие казненные, уже не столь заметные, виновны лишь в том, что много о себе думают или многое видели-узнали, официально все эти люди были не просто предателями, они были в дружбе и в службе с королем!
-И здесь надо учесть меры, принятые против врага, - поддержал маркиз Шенье, как всегда немногословный.
Королю нечем было перекрыть этот тычок, и он, сделав в уме пометку, согласился:
-Ваши меры?
-Мы разделились, - сказал Мальт. – Арахна арестовала известных печатников на плохой бумаге, то есть из числа дешевых. Сейчас, пока мы здесь, ведутся допросы.
Или пытки. Но об этом Мальт упоминать не стал.
-В свою очередь я разослал по страже и патрульным ориентировки на Ольсена. Если он появится сам – его арестуют. Также в трактирах, кабаках и на некоторых улицах были обнаружены разбросанные листовки, которые собрали люди под руководством Персиваля и сожгли.
-А что с теми, кто читал их? – спросил Мирас уже другим тоном. Дело стало представляться ему проще.
Арахна и Мальт переглянулись, и ответила Арахна:
-Ваше величество, если выпустить официальный запрет на чтение этих листовок, которые могли где-то уцелеть, есть риск вызвать еще больший интерес у народа. Я думаю, что молчание и отсутствие наказания со стороны властей невинным горожанам, прочитавшим по недомыслию этот памфлет…
-Нет арестов – нет интереса, - сказал короче Шенье.
-Это имеет смысл, - признал Мирас и побарабанил пальцами по столу, размышляя. Это были долгие мгновения, но наконец, он заговорил:
-Вы расстроили меня своей доверчивостью. Сейчас у нас тяжелые времена и мы должны быть куда осторожнее в наших делах. Но, впрочем, ваша быстрая реакция спасла Маару от катастрофы, что нельзя не учесть. Сейчас мы все должны быть заодно. Арахна, Персиваль и Мальт – вы отвечаете за то, чтобы этот негодяй был пойман, и…
-Если позволите мое мнение, - перебил Мальт, точно зная, что произнесенное им найдёт отклик у короля, - то для того, чтобы не поднимать общественных суматох, нужно сделать так, чтобы этот негодяй просто не дожил до суда.
Король кивнул. Советники переглянулись.
-Ни одного памфлета! – продолжил Мирас, глядя то на одного законника, то на другого. - Пусть пропагандисты займут улицы другими новостями. Хоть о Корсаре и капитуляции севера! Подвергнуть всех пропагандистов допросу на предмет соучастия. Того…Лагота- арестовать. Слишком часто он появляется в деле, мог что-то знать.
Мальт молчал. Он корил себя за то, что не среагировал раньше.
-Также – цензура печати. Ясно? Шенье, цензура печати ложится и на вас.
-Да, мой король.
-Эжон, ты городской управитель, так следи, чтобы город держался спокойствием. Медер – усиливай давление на общественное сознание, что трон и религия неделимы.
-Я жрец, а не пропагандист! – напомнил Медер.
-Ты советник короля и опора трона, - не принял возражение Мирас. – Моран, останьтесь. Я еще раз повторяю, что не желаю подобного. Дело Ольсена должно кануть в небытие. Никакого сна и отдыха, пока не будет пойман этот подлец! Пока он не умрет, и не будет уничтожена та типография, что посмела выпустить такое. И пока все экземпляры не будут преданы огню. Все за работу! Выполняйте свой долг.
Арахна, Мальт и Персиваль выскочили с совещания первыми, боясь, что гроза еще не настигла их полностью, и спеша убраться подальше, чтобы оправдать и вернуть доверие короля, да будут дни его долги.
23.
-Мне нужно разрешение на применение пыток любой формы, - сообщил Персиваль, появляясь в кабинете Арахны, где уже была она сама и Мальт.
-Ты советник, - напомнила Арахна, - зачем тебе разрешение?
-К тому же, раньше ты не гнушался всякими методами, - вставил Мальт.
-Я советник, но в Трибунале я подчиняюсь Арахне, - усмехнулся Персиваль. – Не хотелось бы отвечать за то, что могут припомнить. С разрешением у меня развязаны руки. Пока ни один из печатников, что мы арестовали, не сознался в пособничестве преступлению. Король же, да будут дни его долги, ждёт результата.
-Резонно, - Арахна потянулась рукой к листу, но Мальт перехватил лист у нее из рук и разложил перед собой:
-Не вздумай! Мы равные. Я могу выдать такое разрешение.
-Это ты не вздумай! – обозлилась Арахна, - у тебя сын. У меня никого.
-Моё падение неотвратимо, - Мальт не отступал. – Бумаги всегда можно вывернуть. Я подпишу разрешение.