-Эжон, иди сюда и познакомься с нашим главным союзником, - пригласил Эмис со всей таинственностью, на какую вообще был способен.
Эжон, изо всех сил изображая почтенное спокойствие на лице, как будто бы ему не привыкать быть кем-то другим и знакомиться с главными союзниками заговорщиков самого страшного и безумного формата, восстающих в мечтах своих против власти самого короля, приблизился к плохо освещённому свечками столу.
В этом и была хитрость хижины Эмиса, ставшей штабом для всех, кто не желал более терпеть над собой власть одного трона – хватало пары-тройки свечей, чтобы выхватить тусклыми отблесками все углы самой большой комнаты, но их не хватало, чтобы тщательно разглядеть лица.
Эжон всё больше молчал, боясь выдать что-то, что навсегда исключит его из этого, возможного последнего приюта для него. Но сейчас, приблизившись по приглашению Эмиса к столу, и в свете тусклого пламени увидев молодое лицо баронета Скарона, Эжон не сдержал вскрика.
А как ему было удержаться, когда он ожидал встретить здесь кого угодно, кроме порочного и насквозь разбалованного потомка одного из преданнейших Мааре рода? Как было ему сдержаться, если прежде судьба не испытывала на нём подобных поворотов?
Это привлекло внимание. Кое-кто из собравшихся в жалкой лачуге Эмиса взглянул теперь на Эжона внимательнее, а кто-то с сочувствием. Были и те, кто взглянул с подозрением – очень сложно было поверить в такую резкую симпатию сначала одного королевского советника к народу, а потом и второго.
-Не кричите, - посоветовал баронет, усмехнувшись так, что это стало видно даже в полумраке комнатки, - а то напугаете тьму, а в наступившем за нею дне напугаетесь сами.
Эжон заставил себя стать спокойнее и кивнул, всем своим видом выражая полную боевую готовность.
-Знакомы? – обрадовался Эмис, - вот и хорошо! Не люблю представлять, да и вообще – церемонии эти…
-Эмис! – окликнули его из темноты, одернули, и, судя по привычному тону одернувшего, уже не в первый раз.
-Да-да! – спохватился Эмис и потёр руки, - итак, я призываю к решительным действиям! Число наших сторонников растёт и это говорит о необходимости скорого выступления…
-Да! – подхватили неразличимые Эжону люди, и он вздрогнул даже от мощи этих голосов, ему показалось, что крикнуло, по меньшей мере, человек пятьдесят, что, конечно, не могло быть правдой – комнатка Эмиса едва ли могла вместить себя больше трёх десятков человек и то – это если вплотную набивать людьми. – Оружие в руки!
-Абсурд! – легко перекрикнул Скарон. – Послушайте меня…
-Трусишь? – рявкнули на него где-то совсем рядом с Эжоном и Эжон запоздало и опасливо заозирался, но полумрак верно скрывал свои тени.
-Я не страшусь смерти, - возразил Скарон, - я испробовал всё, что может только испробовать человек, и если моя жизнь кончится прямо сейчас – я не пожалею об этом. Но я взываю к вашему уму, как взывал бы к Луалу и Девяти Рыцарям Его верный жрец…
-Стелешь уж гладко! – заметили в противоположном Эжону углу, но он решил не оглядываться. На Скарона, находящегося будто бы в своей родной стихии, смотреть было совсем безопасно и в его обществе Эжону не было так страшно.
-Мне грубее говорить? – ласково осведомился Скарон. – На то есть король и прочие придворные. Я и мой отец, да и весь мой род всегда хорошо обходились со слугами!
-Кончится время слуг…
-Кончится или нет, решаться это будет не сейчас! – Скарон оглядел всех присутствующих и то ли блеск свечного пламени так выхватил лицо Эжона и заставил баронета задержать на нем взгляд, то ли была то фантазия самого Эжона, а может быть Скарон и сам не знал, что смотрит именно на недавнего королевского советника, но почти ощутимое мгновение простиралось в комнате ядовитое напряжение, пока не разрядилось.
-А когда?
-Правильно, чего тянуть?!
-Надо выступать!
-Возмущение толпы – это возмущение толпы. Сейчас, когда отгремела смута, когда казнятся последние официальные преступники из тех, что начинали бойню и способствовали перевороту, делать что-то бесполезно. Народ только-только успокоился и поверил своему королю Мирасу, да кончатся дни его в ледяной бездне! Всё, что мы можем сейчас – ждать, пока король совершил ошибку, казня не того и не так. а до этого времени – нам необходимо стягивать силы!
-У нас есть силы! Есть! – это уже возразил Эмис. Но на его месте Эжон бы не возражал.
-Пара сотен готовых идти ремесленников и рыбаков – это не сила! – это было возмущение и возражение не от самого Скарона, но откуда-то из-за его спины раздавался этот голос, а сам обладатель оставался в неподвижной тьме.