-Ваше величество, - вдруг решилась Арахна, поражаясь сама своему порыву смелости, - я не советница. Я просто по ошибке в совете. Скоро он заполнится новыми людьми, так какой толк от меня? Я всего лишь…
Она запнулась. Взгляд короля был тяжел и совершенно трезв.
-Арахна, твои родители отдали жизнь за меня, - заговорил он тихо, но твердо, - и я взял тебя в свои союзники, уповая на то, что их преданность ко мне, осталась и тебе. Ты молода, но я и не требую от тебя зрелости или опыта. Я просто хочу, чтобы когда мои советники будут именно моими, а не рабами властолюбия и амбиций, ты была среди них.
Арахна потрясенно молчала.
-Граф Сонор был один из тех, кто присягнул мне, но изменил бы присягу. Мне нужны мои слуги, а не слуги собственной алчности и гордыни. Верность я ценю выше всякого опыта!
Наверное, дело было в выпитом на голодный желудок вине, потому что Арахна сказала:
-Ваше величество, вы мой король и мой господин, моя жизнь – ваша. Но разве граф Сонор был главным интриганом в ваших рядах?
-Вот ты и начала задавать правильные вопросы, - хмыкнул король, довольный её сообразительностью, - ступай, Арахна, и будь верна мне всем сердцем.
Медленно-медленно, словно во сне, Арахна поднялась, поклонилась и отошла прочь, и только у стола ее настиг – окончательно и бесповоротно ужасный смысл произнесенных слов и она со страхом обернулась на короля, который уже беседовал с восточным послом и даже не обратил внимания на нее, затем нашла взглядом пьяного маркиза Шенье, о чем-то рассказывающего какому-то аристократу, отыскала и графа Морана, заигрывающего с юной красоткой…
-Не думай, что все они беспробудно пьяны, - тихо сказали Арахне и она вздрогнула, в очередной раз напуганная за этот короткий вечер, обернулась и увидела Эмму.
-Простите? – Арахна отошла подальше, боясь, что Эмма сейчас опять ее схватит своей железной рукой.
-Они притворяются пьяными, надеясь, что выведают друг у друга тайны или секреты соглашений, - объяснила советница. – На пиру пьют либо безумцы, либо глупцы, либо гордецы. А эти…играют. Взгляни, глаза многих трезвы, а слух напряжен.
Арахна пригляделась и вскоре увидела, что Эмма права. Пьян-то маркиз Шенье, а мимо прошли и он взглядом проследил. Пьян граф Моран, а ко всему прислушивается…
Арахне стало тошно. Платье, духота и ужасные тайны, сваливающиеся со всех сторон, навалились, сдавливая. Если сейчас не выйти на воздух, на самый холодный воздух, можно просто опозориться обмороком! Скорее!
Арахна обернулась – затравленно и не соображая. Лица, платья, ароматы блюд, духота, трель лир и заунывные песни… Луал и Девять рыцарей Его! Ловушка, не меньше!
-Вам плохо? – с участливым испугом спросила Эмма, наблюдая за зеленеющей от дурноты Арахной.
-Все хорошо, - сказал кто-то очень знакомый рядом. Надежные руки коснулись Арахны, сгребли ее в охапку и потащили куда-то сквозь дурноту, на свободу, на воздух.
В морозной галерее Арахна очнулась. Здесь была крыша и торжественные колонны, но властвовал и ветер. И он воскресил ее от тошноты и вывел из предобморочного состояния.
Сумев дышать, Арахна вернулась в реальность и осушила заботливо протянутый кубок с водой до дна одни глотком. И только тогда узнала своего спасителя. Узнала, между прочим, без особого удивления:
-Персиваль…
-Извини, Мальт был занят, - бывший дознаватель пожал плечами. – В другой раз позову его.
-Я…их всех не будет, - прошелестела Арахна, когда осознание слов Мираса настигло ее опять. – Всех!
-Тихо, - посуровел Персиваль. – Это закономерно. Уж ты-то, поклонница истории, должна знать, как благодарны великие люди своей свите. Я думал, что его величество тебя из-за Юстаса вызвал.
-Спасибо за…- Арахна не смогла произнести «выбил его признание», но Персиваль лишь махнул рукой:
-Не надо. Велес должен был ответить, а теперь за это поплатится Юстас. Надо уметь…работать. Ты лучше скажи, тебя вернуть в пиршественный зал или послать до твоего логова?
-Не надо в зал! – испугалась Арахна, Персиваль хмыкнул:
-Так и знал. Платье тебе как? Примерить не было возможности. Я в последний момент спохватился.
-Я вообще не подумала. И…тесно, если честно. Непривычно. В другой жизни я могла бы его носить, но сейчас мне просто хочется от него избавиться. И не видеть!
Персиваль пожал плечами и подал ей руку:
-Пойдем, отвезу тебя до Дознания, придешь в чувство. Работы непочатый край, у меня много вопросов и уточнений, не терпящих отлагательств.