-Хорошо, - Персиваль был покладист. – Тогда давай рассудим иначе. Мальт закончил кодификацию законов для управлений…
-Будут еще обсуждения, - неуверенно возразила Арахна.
-Обсудить уже готовое проще, чем создать все заново, - Персиваль отмахнулся. – Патрульный Штаб если не сегодня, то завтра будет закрыт. Твоя секция закона набрала достаточно новых и старых лиц, так что – как осуществлять правосудие снова, уже ясно. Эжон привел город в должны вид, кстати, этот хитрый жук как-то продвинул такой проект, что теперь всякий, кто желает построить новое здание в столице, должен согласовать это с Эжоном. Паршивец!
-Столица – облик Маары, - жестко напомнила Арахна и добавила значительно тише. – Я знаю про этот проект.
-Да-а? –Персиваль взглянул на Арахну со странным смешком, - хорошо! В целом, я хочу сказать, что смута отступает. Еще немного и придет совсем теплая погода, мы будем получать больше поставок, будем выращивать и свое… город восстановлен и отложен. Договоры подписаны, а твои пропагандисты понемногу размягчили народ, предотвратили всякое сопротивление.
-Север, - коротко напомнила Арахна.
-Ну Север, - Персиваль пожал плечами, - либо будет в голодной блокаде и сдастся, либо внутри вспыхнет восстание и он сдастся, либо наши солдаты пойдут его громить и он сдастся. Три удела с нами, чего же бояться одного, безумного? Да, тамошняя знать и жрецы всегда были фанатиками, но все фанатики смертны, а люди из числа крестьян и ремесленников хотят жить больше, чем разбираться в том, какой из королей прав.
Персиваль хотел сказать что-то еще, но дверь открылась без стука, и на пороге появился Мальт. Его взгляд был необычен. Что-то было в нем яростно-зловещее, не сулившее никаких хороших вестей.
-Добрый вечер, - холодно промолвил Мальт, демонстративно оглядывая Персиваля и кубок с вином в его руках.
-Ты о чем думал? – Арахне были чужды всякие переплетения мелочей в минуты волнения, и сейчас она пропустила их. – Ты о чем думал, притащив своего сына на пирушку?
-Я же сказал, что меня разъедает разлука! – рявкнул Мальт, переводя взгляд с Персиваля на Арахну. – Ты не представляешь, что это значит, скучать по близкому человеку!
-Я? – Арахна усмехнулась так мрачно, что Мальт застыл в своем гневе, и не решился продолжать. – Да, Мальт, ты прав, я не знаю. Я потеряла всего лишь своего наставника, заменившего мне отца. Я потеряла всего лишь двух друзей, что были мне братьями. Ну, и по мелочи…пару-тройку приятелей.
В глазах ее стояли злые колючие слезы.
-Одного из твоих друзей казнил как раз твой наставник. А вот его и второго своего друга ты казнила уже сама, - вдруг ответил Мальт.
Персиваль воспользовался тем, что до него никому нет дела, и юркнул в коридор, плотно прикрыв за собою дверь.
-Твои заговорщики разменяли Сколера, словно медяк! Твои заговорщики не позволили мне спасти Регара и Лепена! – прежде Мальт никогда не говорил настолько жестоких вещей. Никогда. Даже когда говорил о том, что будет заговор и бойня.
-Пошёл вон! – отчеканила Арахна и отвернулась от Мальта. Тот не заставил себя ждать и вышел в коридор, где был перехвачен Персивалем.
-Ты идиот? – ласково поинтересовался Персиваль, оттаскивая Мальта в сторону от дверей Арахны. За дверью уже слышались приглушенные отчаянные рыдания. – Она, на самом деле, ничего не…
-Боде арестован. завтра Медер объявит его врагом Маары. Догадываешься, чей черед будет потом? Мне не дают поручений, все внимание на нее. А нас с ней много связывает. Лучше чтобы ее имя не было равно моему в ближайшее время, - Мальта трясло. Теперь он позволил себе говорить честно.
-Идиот…- с сочувствием и мрачностью вынес вердикт Персиваль. – У тебя же сын! Ты о нем подумал?
-Мое падение неизбежно. Мой сын все равно уже сирота. Думаешь, что я безрассуден, раз притащил его на пирушку? – Мальт испытующе взглянул на Персиваля. Тот помолчал и ответил в задумчивости:
-Как дознаватель дознавателю я тебе скажу, что да, ты безрассуден. На первый взгляд. Но мы оба знаем, что всякое безрассудство имеет причину. Я бы сказал, что ты так рискнул, зная, что прощаешься с ним.
Мальт кивнул, хлопнул по плечу Персиваля, и больше не говоря ни слова, скрылся за поворотом коридора.
-Луал и Девять Рыцарей! – Персиваль не знал, о чем просить божество и его учеников-последователей, стоя в этом коридоре, в абсолютно странном и растерянном состоянии, когда все еще слышны всхлипывания Арахны, когда он сам знает правду об этом внезапном поведении Мальта, но не знает – прав ли тот в своей жестокости?