- Убирайся! - заорал Смерть и надрывно закашлялся. Я сделал морду кирпичом и скрестил руки на груди, всем видом показывая, что не сдвинусь с места. Вообще-то, потому что ноги онемели, но не суть важно.
Карма, что я делаю? Скажите мне, что это сон. Скажите мне, что я не стою на пути у черного мага, попирая ногами его тень, и не пытаюсь заставить его поступить вопреки желаниям и душевной склонности к аффективным убийствам. Черные ленты бестолково сплелись в абстрактный узел. Смерть явственно залихорадило; под такой настрой он вполне мог прибить всех скопом, а сожалеть уже потом.
- Как прикажете, командир, - Клен хладнокровно прошел мимо, коротко поклонился колдуну, и приказал друидам: - Начинаем.
Смерть злобно сверкнул глазами, развернулся на пятках и ушел в другом направлении. Мы с целительницей остались одни перед открытыми вратами.
- Крапива, - медленно и еле слышно сказал я. - Что за четыре человека должны были идти к Древу? Ты, Клен, Черная Смерть и Кактус?
Она слегка удивилась:
- При чем здесь Кактус? Я, Клен, командир, а четвертым, ну, четвертым должен был быть Лоза!
...Уголовный кодекс спаси и помилуй. Я же ее сейчас придушу.
К счастью, в этот момент друиды изобразили деятельность и зашевелились, выстраиваясь в круг. Импровизированная цепь размыкалась только у ворот.
- Что происходит?
- Не мешай, - друидка вытащила из прически тонкую щепку и воткнула ее руку. На землю закапала кровь; левой рукой Крапива перехватила бубен и начала тихонько по нему похлопывать. - Я вызываю остров, а они мне помогают.
Опять концерт. Песни и пляски прилагаются? Я со скукой огляделся по сторонам - остров подтопленной субмариной не спешил являться из тумана - и обнаружил, что с каждым монотонным бряком поляна теряет резкость, отдаляется и растворяется в тумане. Друиды превратились в расплывчатые зеленые фигуры, забор - в серые линии; и только целительница, да Клен со Смертью все еще оставались яркими и живыми.
- Не туда смотришь, - краем рта прошипела друидка и ткнула ногой в землю. Там, куда упали капли крови, теперь пробивались крохотные зеленые ростки; вот они вытянулись к небу, развернули первые зубчатые листики, выросли еще на ладонь, на две, и за полминуты маленький кустик вымахал почти по пояс.
- Крапива? - я с изумлением наблюдал, как тропинка из зеленых растений убегает все дальше и дальше в туман.
- Ну да, а ты чего ждал? - фыркнула целительница. - Вот если бы меня звали Магнолия, то...
- Хорошая работа, - Клен вновь был спокоен, как трансформаторная будка. Вроде и стоит неподвижно, а внутри что-то гудит. - Лоза, пойдешь последним. Ради всех ступеней, не лезь вперед.
В том, что я послушаюсь ради Великого Леса, друид справедливо сомневался.
Я без колебаний пропустил вперед и Клена, и Смерть, и Крапиву, потому что прятаться за чужими спинами - это то, чему я учился всю жизнь. Равно как и стратегическому отступлению; я обернулся на границе тумана, но поляна уже превратилась в серо-белый плоский рисунок. Реальность теперь начиналась по ту сторону врат.
Если я сейчас передумаю, никто не поймет и не оценит. Мда. Точно не поймет и не оценит, хоть и сорная жгучая трава - вовсе не то, что дает надежную почву под ногами и уверенность в будущем. А вдруг на нас нападут зараженные комары, пиявки-вампиры, бешеные водомерки или, не дай Небо, десант боевых водорослей?
- Почему у вас все заклинания на крови? - беспокойно окликнул я целительницу.
- Потому что в кровь - это жизнь, - четко ответила она. - Мы не маги, чтобы колдовать силой желания. В крови заключена наша сила. Если мы теряем кровь, сила уходит, и мы умираем. Это единственное и самое ценное, что мы можем предложить. Даже души - ерунда. Что это такое? Кому они нужны?
Где-то что я подобное слышал...
- А почему ты, не Клен?
- Клен дерево благородное, где попало расти не будет, - с нескрываемой завистью вздохнула она. - А тропу лучше бы открыл Лоза. Потому что эта самая ниморская лоза где попало растет, и с приказом растет, и без приказа растет...
Негромко плескалась вода. Под сапогами то хлюпала раскисшая земля, то чавкал влажный толстый мох, но крапива-растение не сбиваясь вела нас в никуда. Туман ни на секунду не оставался в покое: то свивался в причудливые узоры, то неведомыми зверями тянул лапы, то странными вытянутыми силуэтами кружился в бесшумном хороводе, то скалился со всех сторон жуткими клыкастыми мордами с глазами-дырами. Окружал, давил, смыкался над головой, неохотно расступался перед Кленом и равнодушно проплывал мимо меня. Мне до чужих кривляний делане было. Я думал о крабах. Говорят, они живут в воде, и я их ни разу не видел, но уверен, что это нечто страшное. Вот идешь, любуешься природой, а он клешнями "краб-краб" - и нет ноги. Или мох. На что он намекает, когда чавкает, скажите на милость?