- БАМ-М-М-М!!! - от пронзительного грохота по телу прошла дрожь и заныли зубы. Я еле-еле отдернул руку и, нервнически подергиваясь, отполз в сторону. - БАМ-БАМ-БАМ!
- С-спокойно! Ты, конечно, часы... Да замолчи же! - я прижал ладони к ушам, боясь, что сейчас лопнут барабанные перепонки. И кому голос дали... - Извини, извини! Ты замечательные часы... настоящее акустическое оружие! Часы с душой льва!
С душой звуковой колонки...
Бам-бам-бам-бам-БАМ!!! Звук гонга, в который со всей дури лупят колотушкой, взмыл до недосягаемых ультразвуковых высот... и я пробкой вылетел из сна.
Истинный человек новой расы, совершенная модификация старого. "Гражданин Сона" - верный друг, надежный охранник и лучший в мире будильник! Только в Великой Ниморе! Небо, этот грохот и мертвого подымет...
Я поежился, отнял ладони от ушей и открыл глаза. Комната исчезла; я остался в одиночестве на крохотном освещенном пятачке перед приоткрытой дверью. Над головой мигала и потрескивала люминесцентная лампа, бросая причудливые тени на серые стены. Хм, со всем прочим я еще и лунатик.
- Дэн?
Ниморец не отозвался.
Я с сомнением посмотрел на дверь. Дверь была обычная, узкая и тонкая, серая, стальная, безо всяких украшений; за ней было темно, и через узкую щель было не разглядеть, что внутри. Мне предлагается туда войти? Я покосился направо, потом налево, и признал, что идти тут особо некуда. Между прочим, холодно стоять босиком на бетоне...
На полу перед дверью лежал какой-то овальный предмет. Я поднял и недоуменно повертел в руках черную маску - как раз такую, какую носят жители. А тела тут поблизости не валяется?
- Есть тут кто?
Открывать дверь не хотелось. А вдруг там, там...вдруг я кого-то задушил, пока бродил в несознанке? А маску забрал, как трофей. Она мне как раз подходит. Карма...Что-то не давало покоя, какая-то странная мелочь... Я потер висок и вспомнил. В поселении нет электричества.
Дверь начала медленно открываться.
На мгновение я оцепенел от страха, а потом швырнул в нее маску и бросился прочь.
Я мчался по темному бесконечному коридору, а лампы трещали и мигали над головой. Серые стены прыгали перед глазами. Я не знал, от чего спасаюсь; меня гнал вперед слепой страх, заставляя бежать все быстрее, быстрее и быстрее, выбиваясь из сил и задыхаясь, пока на пути не выросла очередная дверь. Я с размаху ударился об нее плечом, потом потянул на себя, но железная сейфовая створка осталась непоколебима. Тупик.
Лампы начали гаснуть. Не одна за другой, а одновременно, постепенно становясь все тусклее и тусклее. Я суматошно заколотил в дверь кулаками:
- Откройте! Откройте-е-е!!!
Глаза заволакивала тьма; и там, в темноте, из-за спины, послышался нарастающий шорох. Шорох, как от множества лапок, скребущих по бетону...
- Откро... - я задохнулся, не в силах вымолвить ни слова, и начал суматошно крутить замок на двери. Не то, не то, не то... Бесполезно. Воздух стал густым, словно вода. Свет тускнел; я прижался лбом к холодному металлу и беззвучно взмолился. Кто-нибудь...
- Триста двадцать шесть.
Не веря своим ушам, я потянулся к замку и начал на ощупь вращать диски. Три, два... руки дрожали; то, что было там, за спиной, уже дышало в затылок. Да открывайся же!
Дверь щелкнула и с грохотом распахнулась. В глаза ударило слепящее сияние...
Тик-так.
Я резко сел и очумело потряс головой. Приснится же такое. Ха, меня пытались напугать дверью? Осталось дождаться кошмаров про утюг или разумный умывальник. Рядом послышался хриплый всхлип; белый как мел Эжен опустился пол, таращась на меня совершенно ненормальным взглядом. Тикали его наручные часы. Нет, я понимаю, что меня трудно разбудить, а приказ магистра не ждет, но что ж так смотреть-то?
- Мы что, уже выезжаем?
И не дожидаясь, пока ученик скажет что-нибудь несомненно хорошее и позитивное, я встал и отправился собираться.
***
Ниморский внедорожник мчался сквозь ночь, освещая путь мощными фарами. Эжен гнал, как ненормальный, поднимая из-под колес тучи брызг; ливень хлестал прямо в лобовое стекло, не позволяя толком разглядеть дорогу, и я мог только гадать, есть ли она там вообще и как ученик находит путь. Окна заливали потоки воды, и непроглядный мрак прорезали только вспышки молнии, выхватывающие из темноты силуэты раскачивающихся деревьев. Гром оглушающе грохотал прямо над головой, заглушая свист ветра и шум бушующего леса; иногда по крыше ударяло что-то - сорванные ветви с листьями - каждый раз заставляя вздрагивать и молиться, чтобы в один прекрасный момент на машину не свалился вырванный бурей ствол.
Вот люблю я бурю в начале осени, разгул стихий, когда ураган ломает вековые деревья и швыряет их на крышу...