Это объясняло многое, кроме самой чудовищной трансформации. Несомненное повышение уровня, это раз, и полное изменение характера, это два. Целители так себя не ведут. Целители - самые жизнерадостные и жизнелюбивые существа на свете, и их оптимизм настолько убоен, что его боятся даже колдуны. А характер у белого мага меняется только в одном случае - если он становится черным. Неудивительно, что Эжен братика не признал - для него, наверно, Град совсем другой человек.
- Но он не солгал...
И все-таки от такой безжалостности становилось не по себе.
- Те, кто умер, уже не вернутся. Ни-ког-да. И хватит об этом.
Хватит - так хватит, и не надо давить на мозги! Я вовремя вспомнил, что Эжен - один из тех, кому пришлось останавливать нашествие, и загнал желание поспорить куда подальше. Эжен, а не те добрячки, что пускали чудесным образом воскресших родственников в дом, отчего вымирали целые поселения, а по городам тянулся кровавый след.
Мы наконец продрались через остатки отдельно стоящего здания и выбрались на главную дорогу, дав возможность отдышаться.
- Кстати, Эжен... ваша граница так и должна работать - пропуская туда-сюда кого попало?
- Нет границ, есть слабая воля и недостаточно сильное желание, - очень по-магически ответил ученик, но на меня такое разводилово давно не действовало:
- И все же?
- Нет.
Вот за что уважаю Эжена - за честность.
- Это хорошая граница. Когда ее ставили, даже пришлось перекрыть пару энергопотоков, - он махнул рукой в сторону Южных Врат, признавая, что тамошнюю погодную аномалию учинили люди. - Я не знаю, что с ней.
А вот интересно, кто поработал над приграничьем, если на болоте вечные дожди, а на равнинах засуха?
Впереди показалась белая бесформенная громадина, которую с торца я окрестил "Зверь-из-Бездны в прыжке", и стало ясно, куда направляется ученик. Совсем недавно с той стороны я ругался с Кактусом, Крапива развлекалась, друиды искали верный путь, а Черная Смерть пробовал границу на прочность...
Я почти не удивился, когда от камня отделился высокий человек и заступил нам путь. Встреча старых знакомых. Только его здесь не хватало.
- Мастер?.. - душе беспокойство мешалось с воспрянувшими подозрениями. Что магистр Александр Юстин, мой опекун, делает здесь? Разве не должен он быть в Илькке - разве знал он, что искать нежить следует именно в Холла Томаи? Конечно, не то чтобы в окрестностях было слишком много интересных мест, куда стоит поехать...
Эжена - счастливый человек - подобные тревоги не терзали. Белый маг замер чуть ли не по стойке "смирно", с законной гордостью потупившись:
- Учитель, я его привел.
- Разве я говорил тебе делать это? - тон координатора региона не предвещал ничего хорошего. О, зато теперь известно, откуда его ученик нахватался подобных фразочек. Небо, как можно столько времени провести рядом с людьми и так мало о них знать?
Гордость Эжена слегка приувяла, но уверенность в собственной правоте осталась; именно с ней наперевес он попер через границу, не обратив на нее никакого внимания, и только с той стороны раздраженно обернулся.
- Н-не могу пройти, - я растерянно пожал плечами, не дожидаясь, пока на голову вывалится все, что окружающие хотели сказать по этому поводу. И без того в душе было муторно; как-то не так проходила встреча с опекуном, с человеком, который сейчас всех спасет, надает нежити по мордасам и увезет нас в счастливое будущее. Не весело, не радостно.
Эжен покосился на учителя, прикусил язык и шагнул обратно.
- Я же тебя пропускаю! - он резко схватил меня за руку и... застыл на месте.
На лице мага крупными буквами проступило удивление: вот он поднял руку, пощупал воздух, попытался протиснуться следом, но не сдвинулся ни на миллиметр. Наблюдать за ним было печально и забавно одновременно; о, Карма, ничего удивительного - я у границы, граница на замке.