Ну да. Дверь.
О, Небеса. Кара Небес ищет дверь, Беда ищет дверь, Ильда охраняет дверь. Орден Дверей.
- Беда, т-ты эту каляку видишь?
Черный маг согласно покивал, роясь в наплечной сумке, и Смерть грубо толкнул меня вперед, заставляя еще на пару шагов стать ближе к кислотно-зеленой фосфоресцирующей эмблеме, изображающей венок из ниморской лозы.
- А знаешь, что она означает?
Собеседник невнятно угукнул.
- И то, что эта дверь защищает мир от лиловых бронированных тараканов-мутантов, тебя нисколько не волнует? Может быть, в ниморский реактор вломимся? Да, для вас эта великолепная компания! - я сам чувствовал, что нарываюсь, но не мог справиться с эмоциями. Судя по остаткам аккуратно разобранного завала, некогда преграждавшего путь, в гости к витаминизированным мухоморам и неприхотливой ниморской лозе стремилось не одно поколение искателей. Дверь со знаком биологической угрозы с охотой принимала всех.
Заклинатель отвлекся от инвентаризации имущества и многозначительно уставился на Смерть, тот обернулся ко мне, и на сей раз его непрошибаемо-угрюмой роже расшифровка не требовалась. Надеюсь, я им нужен живой и здоровый. Ну, хотя бы относительно.
- Мы... - восьмерка со звуком втянул воздух сквозь сжатые зубы, словно каждый звук причинял ему мучения, - их... убьем.
Хм, сбой коммуникации. Беда покрутил пальцем у виска, полностью соответствуя моему состоянию. Конкретнее формулировать надо, конкретнее... Меня чуть кондрашка не хватила, нельзя же так.
- А-а-а, так это бедные лиловые бронированные тараканы отгораживаются от вас!
- Ничего ты не понимаешь, - в сердцах плюнул Беда. - Это Та Самая Дверь.
Бой барабанов, момент истины. И вот сейчас я наконец познаю тайну того, что за ересь тут творится... пожалуй, нет. Не познаю.
- Да что ты говоришь? Та самая?
- Да.
- Ты уверен?
- Определенно.
- Ну... поздравляю. Зачем вы меня к ней притащили?!
- Это Та Самая Дверь... - маг приложил к стеклянной панели лист бумаги и дверь плавно отъехала в сторону. - Которую открывает Та Самая Карта!
Карма, еще и карта... За дверью, на удивление, оказались не порождения фантазии голодающего ниморского народа, а завал, прорезанный узкой трещиной, в которую едва можно было пройти боком - как будто кто-то взял и со всей дури расколол земную твердь.
- А вышибить... совсем никак?
- Какое колдовство, тут все на воздух взлетит! Кто-то из белых прошелся. Их же хлебом не корми, дай сунуться куда поопасней, - посетовал образцовый домосед Беда, заклинивая створки большим бетонным блоком. - А это не простая карта, Лоза. Однажды ей уже открывали эту дверь... Я считал, что она пылится где-то в друидских хранилищах - представь мое удивление, когда я увидел пропуск у тебя!
Пробираться по разлому по колено в воде - до умиления занимательное занятие. В затылок сопел Черная Смерть, впереди разглагольствовал Беда, стены давили со всех сторон, темно, но это прекрасное состояние определенности продолжалось меньше минуты, а потом завал вновь начали разбирать серьезно. Там горела зеленым точная копия первой двери, и на стенах над грудами камней светились серебром десятка два лесенок постижения.
- Последняя экспедиция, - пояснил заклинатель, не отвлекаясь от захламления прежде чистой выступающей над водой плиты всякой подозрительной колдовской атрибутикой. Судя по остаткам линий и свечным огаркам, происходило это далеко не в первый раз; к счастью, рисунок, да и сама плита, выглядели слишком маленькими для приличного жертвоприношения. - Далеко прошли, но у них не было самого главного - ключа.
- Эм... карты?
- Тебя, Лоза, тебя.
Вот почему я незаменим только тогда, когда грядет очередная неприятность? Определенно, мне дали не то имя. Конечно определенное соотношение между мной и шедевром координационного кретинизма есть...
- В каком месте от этого чахоточного сорняка способно быть больше толку? - мирно поинтересовался Смерть. Как всегда, неизменная поддержка, загораживающая выход.
- Потому что он Тот Самый... потому что нулевик. Тут датчики настроены на ниморцев, не на магов, чуть что почуют - не выберемся, - уже нормальным деловым тоном пояснил Беда, водрузив в центре абстрактной фигуры череп.
В глазницах богато украшенного резьбой черепа неукротимым огнем горели гербы Ниммы.
- Призраки вас не простят.
- Он считает, что разговаривает с духами шольцев, - черные маги обменялись ироничными взглядами, и Смерть подошел к алтарю, прокусив палец, и небрежно накорябал на кости кровавый знак. По разлому пронесся порыв ветра, словно тихий вздох; пуговицы засверкали ярче, огоньки свечей разом выросли и вытянулись, так и застыв по линейке. Караул. Два черных мага проводят один ритуал. Да они давно уже должны были перегрызться чьи линии прямее, свечи ярче, а заклинания внушительней и кто тут профи, а кто только из песочницы вылез.