Что за вопрос - конечно, будут.
Силуэт Кары отчетливо дрогнул, словно растворяясь в темной дымке; металлические бляшки засияли колючими огоньками. Тройка подручных синхронно сделала шаг назад. Колдуны за спиной резко перестали скалиться, сообразив, что находятся аккурат на линии огня и деваться им некуда. Беда с силой стиснул запястье, но не двинулся с места. Я искренне проклинал строителей, сделавших мостик таким широким: чтобы добраться до воды, надо было сделать несколько шагов, перепрыгнуть перила...Боль в голове потихоньку становилась нестерпимой.
Кара отвел взгляд, передернул плечами и, любуясь пляшущим на ладони черным пламенем, с сожалением вздохнул:
- Нет, это было бы слишком просто. Взять их.
...Беда рванулся в сторону; колдун, попытавшийся его перехватить, упал на доски и забился в припадке. Беглецу не хватило всего лишь пары мгновений. Он почти добрался до перил, когда взметнувшийся из-под ног серый вихрь легко отшвырнул мага в руки остальным.
Но он хотя бы попытался.
Кое-кто только и мог, что хлопать глазами и покорно дожидаться, пока ему заломят руки за спину и поволокут на убой.
У меня отобрали рюкзак. Ничего ценного там сроду не водилось; я-то привык, а вот колдуны расстраивались. Главарь смерил меня равнодушным взглядом и так и не соизволил отлипнуть от перил. Вблизи его глаза оказались пустыми и высокомерными, как темные стекляшки.
Я когда-то говорил, что не одобряю милосердечников? Забыли. Да этих черных давно пора поставить на место, обнаглели вконец! Утопить ко всем демонам, Бездна по их душу. Вот так понимаешь, что умертвия - санитары большой дороги...
- И на что ты надеялся, Беда? - громко спросил главарь. Я с трудом повернул голову и увидел, как двое багряных подтаскивают практически висящего в их руках мага. Позади, все еще подергиваясь, шел чересчур прыткий колдун, всей мордой показывая, как ему хочется отомстить за вывалянную в пыли стильную черную одежку в красный квадратик.
Беда усмехнулся и ничего не ответил. Из разбитой губы по подбородку тянулась кровавая дорожка.
Кара оттолкнулся от перил и лениво замахнулся...
- Шеф, это было у друида, - рядом с главарем нарисовался колдун, потрошивший мой рюкзак. Что-то нашли, однако. Молодцы. Стране геологов не хватает, а они грабежом занимаются.
- Я надеюсь, - Кара ясно выделил последнее слово. - Что там действительно что-то важное.
... совести у людей нет. Отрывают начальство от важного дела - издевательств над поверженным противником! О времена, о нравы!
Удачливый искатель не дрогнул. Кара неохотно взял протянутый листок и развернул. Так-так, и что же у меня с собой было важного... друидская карта? Да вы издеваетесь.
Наверное, магам понравились яркие красивые пятна, в изобилии водившиеся на бумаге. Повесят на стену в черную рамочку и будут любоваться.
Кара повертел карту и так и эдак, и недоумение на его лице сменилось раздражением.
- Что это за... - начал он и внезапно впился взглядом в листок. - Это же...
- Это карта, - любезно пояснил Беда и тихо ахнул: - Не может быть!
- Та самая карта!!!
Та самая самая бесполезная карта в мире?
Главарь держал листок на вытянутых руках и смотрел на него, как на инструкцию приготовления ядерного заряда в домашних условиях.
- Это карта Черной Смерти, - предупредил пленник. - Он разозлится.
- Кого? - Кара, все еще в эйфории, ткнул в меня пальцем: - Вот это - Черная Смерть?
- Это Лоза. А карта Черной Смерти. Положь на место.
- Какого еще Смерти, Беда? Что ты опять гонишь?! - взвыл колдун, лихорадочно водя по карте ладонью. - Эй, зеленый, как это работает?!
Я покосился на ненормального, вцепившегося в мою куртку, зажмурился и честно выдавил:
- Н-не знаю.
Тело прошила боль. Сердце сжала невидимая рука, воздух сгустился в горле, не давая ни вздохнуть, ни выдохнуть.
- Говори!
Рука разжалась; я почувствовал, как медленно соскальзываю в блаженный туман...
Щеку обожгло болью. Я с трудом открыл глаза: Кара занес руку для удара, и на кончиках пальцев поблескивали маленькие молнии.
- Говори, что с ней делать!
- Хватит! Я скажу, - я глотнул воздуха, и торопливо продолжил: - Берешь карту... Да, просто в руки... Ищешь там место, где находишься... Потом - куда надо попасть... И смотришь, как это проще сделать...
Последнее, что я помню - его перекошенное от ярости лицо.
***
- ...городе. Что они тебе сделали?