— Моя пуговица у тебя? — нелогично спросил он.
Я поперхнулся и мрачно осведомился:
— Дорога как память?
Так, для справки, не ощущаете ли вы в себе жгучего беспричинного желания приобрести неправильную аляповатую древнюю карту?
— Обойдемся без карты. Пуговицы хватит, — отказался ниморец. — Она укажет путь там, где не сможет пройти Сона.
— К-кто?!
Неужели двойная доза черной магии совсем-совсем не помогла?
— Не надейся, — верно уловил ход моих мыслей Дэн.
Я так рад снова видеть Сону. Я этого крылатого демона зла и разрушения просто обожаю. Жить не могу без взбесившегося вязального набора, скрещенного с выставкой кинжалов. Только и делаю, что пекусь о его самочувствии. Дэн, ты мне веришь?
— Я имел в виду — как Сона сможет проникнуть в Лес?
— Если ты еще не знаешь, путь открыт. Ваш мутант с аномальным сверхнасыщенным энергополем пробил защиту.
Я замялся, прикидывая, как поделикатнее познакомить представителя братской нации с народной мудростью "хочешь сделать хорошо — сделай сам".
— Когда путь закроется, я не хочу оказаться внутри, — твердо держался эксплуататорских принципов Рола. — Найди захоронение и уничтожь кости. Сона доведет.
Сона доведет, Сона еще как доведет.
— А как…
Зачем я прошел половину приграничья, если наш Король Дохлых Ворон вот так просто сможет найти кладбище?
— Тебе не нужно думать, Лоза, — ласково перебил Голос Леса. — Не нужно задавать вопросы. Просто делай то, что тебе говорят.
— Понял. Дэн, не подскажешь, сколько костей в скелете человека?
— Главное — уничтожь череп, — не поддался на увертки ниморец, и безжалостно добил: — Сона ждет тебя у лагеря. Твои пожелания учтены. Постарайтесь поладить.
— Можно подождать рассвета? Темно, Сону не видно… — заныл я, прикидывая шансы отвертеться на этот раз.
— В твоих интересах закончить дело как можно быстрее и спать спокойно. Нашу связь глушат, — кратко и доброжелательно сообщил Дэн.
Мне резко поплохело. Никуда идти не захотелось. Захотелось забраться под кровать у оттуда требовать политического убежища, дипломатической неприкосновенности и иммунитета переговорщика с загробным миром.
— Из-з-за приграничья?
— Возможно.
Очертания барака постепенно скрадывала тьма. Я уже не мог различить ни пола, ни стен, и только образ Дэна Ролы четко держался в наведенном сне, постепенно расплываясь.
— А… все-таки, Дэн… я знаю такого замечательного человека, ты его тоже знаешь. Ты его поуговаривай, поугрожай, поснись, он не только твои кости испепелит, он поллеса снесет с кладбищем заодно…
… ты только назови его мутантом с аномальным сверхнасыщенным энергополем…
— Ло, запомни, — ниморец поднял руку и ткнул пальцем мне в грудь. — Ты — идеальная кандидатура. Сеть тебя не видит. Если кто-то сможет это сделать, то только ты.
Карма моя, вот знаешь, не очень весело слышать, что разграбление могил — единственное дело, которое мне идеально подходит.
— Подъе-о-о-ом!
Из сна я вылетел как Сона с десятого этажа — то есть падал утюгом, зато прочным — и сразу забарахтался в чем-то колючем, большом, обернувшемся вокруг с явными намерениями задушить жертву. После непродолжительной борьбы шерстяное одеяло сдалось и выпустило меня на волю.
Спящий лагерь являл собой зрелище идиллическое. Разноцветные палатки в рассеянном мягком свете серебряных звезд, теплый оранжевый костер, Крапива, пытающаяся упихать в котелок вылезающую зелень.
— Держи, — сонно буркнула друидка. — Ужин.
— Спасибо, — я взял миску и кружку с очередным зельем и благодарно кивнул.
— Моя работа — заботиться об убогих, — отмахнулась целительница. — Тружусь день и ночь, а кто ценит? Никто не ценит! И пусть хоть кто-то вякнет, что я… а-а-а… дурью маюсь…
На мой неискушенный взгляд, работающая Крапива по сравнению с Крапивой, режущейся в карты, играющей на бубне или болтающей без умолку, была поистине уникальным явлением.
— Чудесная ночь. Зелье впитывает силу лунного света и оттого приобретает волшебные свойства, — судя по осоловелому виду, друидка убеждала сама себя. Луны на небе даже близко не наблюдалось. — В такие ночи вещие сны… Что тебе снилось?
— Ничего, — я уставился на кружку и с радостным озарением спросил: — Разве растения для вас не священны?
— И что теперь, суп из них не варить? — резонно возразила Крапива, доставая из сумки небольшой мешочек. — Они жертвуют собой ра… ради высшей цели. Малое должно жертвовать ради большего, иначе какой смысл в его существов… вововании… А на самом деле — или мы их, или они нас… законы природы, во.