— Неплохо устроился. Минималистичненько так. А в коридорах свет не включить?
Или бродить в потемках — это так интересно, так таинственно…
— Скажи спасибо, что вентиляция не барахлит! Я бы везде свет врубил, но нельзя — конспирация.
— Так у вас и с вентиляцией проблемы, — я с наслаждением содрал мокрую одежду, завернулся в кинутый магом плед и устроился на одном из ящиков. Склеившиеся бинты разматывались с трудом, и я смутно удивлялся, почему больше не чувствую боли. Наверное, одно из лекарств магистра подействовало… воспоминания нахлынули темной волной, будто только того и дожидались, но я отогнал их прочь. Не время, совсем не время.
— С чем тут только проблем нет, — Беда кинул на застеленный газетой ящиквещевой мешок и начал выкладывать серые брикетики и жестяные банки. То-то он так стремился подольше задержаться в поселении; с нормальной едой в лабораториях оказался тоже напряг. — Будешь?
Я покосился на склянку с прозрачной жидкостью и отказался. Еще не хватало напиться в компании с пособником нечисти.
Маг пожал плечами и придвинул мне один из брикетов.
— Все еще злишься? Зря. Куда ты теперь денешься. Ешь, Ильда и такого не предложит.
— А ты сегодня сама участливость.
Он рассмеялся:
— Какие счеты между друзьями?
— Зверь-из-Бездны тебе друг.
Ничуть не смутившись, Беда пробормотал что-то вроде сожаления, что Зверя пока в его приятелях нет, а было бы неплохо.
Я посмотрел на серую массу, в фантазии ниморцев определенно должную изображать еду и внезапно понял, что готов сожрать ее вместе с упаковкой. Уморить себя голодом — это, конечно, оригинально, но тут и так слишком много желающих оборвать мое существование, чтобы еще напрягаться самому… ведь так?
— Беда, что тебе от меня нужно?
Приграничник отвлекся от бутылки и вопросительно посмотрел на меня.
— Вы с Ильдой охотитесь на колдунов и поднимаете нежить, но при чем здесь я? Ильде нужен Град — а что нужно тебе?
Произошедшие события навсегда отучили меня верить в чужое бескорыстие. Если черный маг прикидывается лучшим приятелем, то у него в этом своя выгода — и, как показывают те же события, ничего хорошего мне от этого не светит. Убереги Небо от таких друзей.
Беда откинулся в кресле и смерил меня оценивающим взором.
— Могу сказать сразу, в чем я совсем не нуждаюсь — в проблемах с Белым Советом.
— Поздравляю. Хочешь ты того или нет, проблемы у вашей компании уже есть, и огромные.
Он пожал плечами:
— Устроит, если я скажу, что не собираюсь брать на душу еще одно убийство?
— Нет. В общей массе это уже не зачтется.
— Ты не прав… не важно. Скажем… я хочу предложить тебе перемирие.
Одно другого не легче.
— И?..
— Предположим, однажды мне может понадобиться некоторая услуга.
— Замолвить словечко, что ли? Хорошо, я попрошу, чтобы когда тебя будут казнить, то сначала усыпили, а потом утопили.
Не надо быть зверем, в конце концов, он же меня накормил. Беда рассмеялся:
— Вот видишь, ты начинаешь понимать.
— Вряд ли я смогу что-то сделать, если Ильда меня прикончит.
— Она же еще это не сделала? Все, что от тебя требуется — не делать глупостей. А там посмотрим… — он протянул мне руку. — Мир?
После короткого колебания я ответил на рукопожатие. Честно говоря, не совсем понял, что он имел в виду, но здравое зерно в рассуждениях мага было. Беда — единственный живой человек в подземельях, и глупо с моей стороны его злить… Более того, я вовсе не уверен, что хочу увидеть, каков он в гневе.
— Отлично! — Беда закинул ноги на спинку кресла и сощурился на потолок. — М, так кто такой Град, по которому наша Ильди так сохнет?
Я поперхнулся ниморским сухопайком.
— Умертвие. Такое же, как она. Они вроде как воюют друг с другом… Ильда чуть не убила его на мосту и пыталась сделать это потом, в Городе-на-Границе…
— Где? — маг резко сел. Видно, синеглазая нежить болталась по лесам вовсе не по плану. — Что она делала в Городе-на-Границе?
— Охотилась на Смерть. Наверно. Еще раньше выслала за ним подболотную лодку со своими недоделками с ружьями…