— Теперь ты осознал собственную ничтожность, гниль?! — он смотрел куда-то поверх моей головы, торжествующе скалясь.
Если тут кто-то чего-то не осознал, так только черный маг — то, что в отсутствие противника ему придется не только платить за разрушения в одиночку, но и доказывать перед стражей необходимость, кхм, самообороны.
И тут до меня наконец докатил весь кошмар ситуации. Этот ненормальный только что убил человека. О, Небо. Как раз в тот момент, когда я стоял рядом. Не мог выбрать другое время…
Я медленно обернулся, ожидая увидеть… что-то непредставимо-ужасное, но там, где только что стоял Град, висело расплывчатое черное пятно от пола до потолка, чуть посверкивающее по краям колючей белой бахромкой.
— В общем-то, если ты его прикончил, то это не нежить, — механически поправил я, чувствуя, как пересыхает в горле. На моих глазах впервые убивали человека. Вот так, без особых причин.
Небеса, что Град ему сделал — неужели все это из-за дурацкой шутки с гостиницей? Зверь-из-Бездны его забери, я что, зря этого типа с моста вытаскивал?!
— Он — мертвяк! — возмутился Смерть.
— Сейчас-то да…
Я криво улыбнулся, прикидывая, где безопаснее пройти: мимо пятна или сбрендившего мага. Спасибо компании, что довели меня до города, но дальше наши пути расходятся. Сегодня их командир признал в случайном знакомом умертвие, а завтра примет меня за посланника Зверя-и-Бездны. Спасибо, оно того не стоит. Тем более становиться соучастником убийства мне претило чувство справедливости, а свидетелем — самосохранения. Попасть в стражу — это все равно, что вернуться и признать свое поражение, пусть сейчас этот вариант уже не казался мне таким плохим…
— Ты не веришь? Мне?! — Смерть раздраженно двинул в мою сторону, явно задетый сомнениями в его, как там, интуиции и невероятных пророческих способностях.
— Следователю будешь доказывать, псих!
Я же хотел сказать "безусловно, верю!". Я же правда хотел это сказать… Колдун злобно сощурился, определенно собираясь потренировать силу внушения на ком-то перед стражей.
— Удивительно, — произнес негромкий ровный голос. Мы разом обернулись; посреди коридора как ни в чем не бывало стоял Град, а вокруг него гасло черное сияние. Блондин меланхолично провел рукой по лицу, стирая остатки магии, и с ноткой удивления добавил: — Я не думал, что меня сумеет распознать именно колдун.
Я непроизвольно хмыкнул, а потом начал понимать…
— Карма.
— Мертвяк! — обрадовался Смерть, заставляя задуматься, а так ли он раньше был в этом уверен.
Град медленно поднял голову и уставился на нас стеклянными синими глазами. Его взгляд был полон печали и неизбывной тоски, что в переводе на язык нежити скорее всего означало голод размером с город.
— Я уйду, — умертвие подняло руки, показывая пустые ладони, и сделало шаг назад.
— Ха! — Смерть легко отшвырнул меня с пути и рванул к противнику, ведомый инстинктом хищника. Враг отступает, значит боится. Раз боится, то значит слаб, а раз слаб, то его надо добить… — Куда?! Испугался, тварь?
В голове вспыхнул ослепительный свет, а потом настала тьма. Я рухнул на колени, даже не почувствовав удара, и вцепился в батарею, как в спасательный круг посреди бушующего хаоса жизни.
Под потолком что-то щелкнуло, и лампы у лестницы загорелись мутным тусклым светом. Смерть и Град все так же стояли друг против друга, но колдун выглядел изрядно обескураженным. Оконное стекло ручейками стекало с обгорелых огрызков подоконника, прямо на расплавленный линолеум. Я автоматически отметил, что счет за разрушения стремительно растет… да как можно вообще думать о такой ерунде?!
— Н-не м-может бы… — я поспешно захлопнул рот ладонью. Не бывает нежити, настолько похожей на людей. Не бывает мертвецов, которые весело смеются, рассказывают истории и спорят с черными магами. Не бывает воскрешенных, с такой легкостью переносящих магический удар. Небо, они просто не настолько разумны!
Умертвие. Кошмарный сон, ставший реальностью; еще гремела гражданская, когда мертвые начали вставать из могил и возвращаться домой. Их вел к живым вечный и неугасимый голод. Голод жизни… того, что было когда-то у них отнято. К счастью, большинство возвращенцев успели выловить сразу. Но те, кто сумел спрятаться, копили силы и умнели, и сладить с ними с каждым годом все сложнее и сложнее. Если Град из тех, из первых…
— Вспомнивший, — прошипел Смерть.
Град медленно улыбнулся. Нет, как я, в самом деле, мог принять его за белого мага? В такой жуткой неестественной улыбке мог бы растянуть губы каменный истукан, не знающий, что такое эмоции. И глаза — равнодушные глаза. Мертвые.