— Вы сами-то смотрите, кого ловите? — тихонько поинтересовался кто-то из "мирной экспедиции".
— Наверное, колдун его заставил…
Я нулевик. Но это значит, что у меня есть опекун, а привлекать к нему влияние нельзя. Значит, мастер надеется сохранить все в тайне, и тогда остается шанс — но только если я не попадусь Эжену, а вот шансы на это стремительно тают. Поручительство именем — очень серьезный аргумент, потому что белые не делают ничего, если не уверены в своей правоте. У них магия иначе не работает.
Леонид Гарш оглянулся на сверкающего глазами колдуна, оценил расстановку приоритетов и вкрадчиво предложил:
— У меня нет никаких сомнений в Вашей честности. Оставьте главного виновника нам, и мы можем передать Вам эту заблудшую душу, несомненно попавшую под влияние темного выродка…
Эжен почему-то колебался, и чувствуя, как тает время, я изо всех сил рванулся вперед и заорал во все горло:
— Простая пешка?! Вы в этом уверены, да?! Ну естественно, это же совершенно понятно: разве может не-маг быть кем-то еще? Но это я, я привел умертвий в ваш городишко! Это я помог одному из них избежать упокоения! И это я был самым преданным их слугой, а не безмозглый колдун, годный только для выполнения приказов! Его мы собирались принести в жертву, но вы помешали… — кажется, от переизбытка эмоций, мне удалось качественно изобразить припадок безо всякой тренировки. — Вы все равно сдохнете! Сдохнете!!!
На ученика координатора речь не произвела ни малейшего впечатления:
— Закончил чушь молоть? А теперь пошли.
— Ничего себе парень головой приложился, — шепнул один мой конвоир другому, но Леонид Гарш одним пламенеющим взором заставил умолкнуть сомнения. Я положился на нежелание стражи отдавать добытое честным трудом и не прогадал.
— Он сам признался, — в руках у Старшего снова появился автомат. Что-то я поспешил… — Теперь-то мы уж с ним разбере… разговоримся…
Эжен с некоторой растерянностью оглянулся на пленника:
— Это правда? Я разрешаю тебе говорить.
— Убью! — бешено взвыл Черная Смерть, глядя на белого мага. А ничего так у нас получилось, слаженно.
— Смотрите, на руках этой падали еще не высохла кровь невинных жертв, — вдохновенно возвестил глава стражи.
— Как ты осмелился меня защищать?!
— Как терзают его мерзкую душонку муки совести…
— Эта размазня даже муху тронуть не в состоянии!
— Как он выгораживает сообщника по своим мерзким делишкам… Не мешайте закону, гражданин Морой!
— Чтобы вы расстреляли их на моих глазах?
Кажется, масочник откровенно жалел, что участника Белого Круга нельзя связать и заткнуть кляпом.
— Вы не волнуйтесь, мы к реке отойдем и не будем шуметь, — пообещал дотоле молчавший стражник с чистыми-чистыми и наивными глазами. Карма, если на этой поляне кто и представляет угрозу, так это не темная тварь, что сидит себе тихонько и глазами семафорит, а наша доблестная стража.
На поляне начался шум и гам. Гарш и Эжен стояли друг против друга и что-то доказывали, пересыпая речь угрозами. За первым были бирка с особыми полномочиям, искренние убеждения и автомат, а за вторым — безусловная уверенность в собственной непогрешимости и превосходящая группа поддержки. Спецназовцы и путешественники грозно потрясали кто мечами, кто туристическими топорикам, луками и дубинками, Черная Смерть сидел рядом с рассыпавшимся в труху столбом, заткнув уши, а я прикидывал возможности побега под шумок, разглядывая поляну до тех пор, пока… на голой земле у костра… я не увидел ЕГО. Он лежал, всеми забытый, притягивая изящным совершенством линий, элегантной простотой рукояти, тусклым блеском металла и чудными засохшими пятнами крови на лезвии. Да-да, нож Смерти снова запустил заклятье
Как оказалось, физическая сила гораздо эффективней силы воли. Я брыкался, извивался, выкручивался как ненормальный, но это было даже не слишком заметно. Я был готов завыть от отчаяния, когда обзор перегородил драный черный плащ, и Смерть взмахнул руками, призывая тьму на головы скопившимся на поляне неприятелям…
Вначале почему-то лопнули рельсы, загнувшись к небу, разом повалились все окрестные деревья — ох уж эта прицельность черной магии — и только потом пришел черед тьмы. Послышались крики, звуки выстрелов, треск, звон, кто-то заметался туда-сюда, и мрак рассеялся.
Колдун неподвижно лежал на земле, раскинув руки. Над поляной повисла ошеломляющая тишина; как будто каждый затаил дыхание — или просто мой мозг отказывался признать реальность происходящего. Черная Смерть… мертв? Мда, словить случайную пулю по своей же вине мог только он… Что-то с негромким стуком упало на траву, время вновь понеслось вперед, и мир затопило ослепительное белое пламя.