Беда уверенно подошел к одному из зданий и скрылся в дверном проеме. Я едва не последовал за ним, в последний миг замерев на пороге.
Внутри было темно.
— Беда?..
И тихо.
— Эй, — шепотом позвал я.
И страшно.
А вдруг черный маг затаился там, ожидая, когда беспечная жертва сама сунется в ловушку?
А вдруг там затаилось чудище, уже сожравшее черного мага?
За спиной раздался шум. Словно в одном из зданий громко хлопнула дверь. Ладони, цепляющиеся за косяк, мгновенно вспотели. Кто может хлопать дверью в безлюдном доме? У Соны не хватит сил, он и через окно хорошо влетит. И где Сона? И почему он так долго не возвращается?
Мысли прыгали, как ненормальные. Вдобавок, добавилось ощущение, что кто-то смотрит в спину. По коже прошел озноб; ощущение взгляда стало отчетливым, и на подгибающихся ногах я решительно и отважно шагнул во тьму.
Во тьме затаились ступеньки. Опасные и скользкие твари.
К концу спуска темнота поредела, и дальше я пошел уверенней. На стенах длинного коридора кое-где сохранились росписи: между сине-белых волн ныряли странные существа, скалились уродливые морды, похожие на маски, и выползали из темных водоворотов белесые то ли осьминоги, то ли медузы. Видеть подобные художества в ниморском здании, чей предел креатива — план противопожарной безопасности, было, мягко говоря, странновато.
Коридор вел в круглый зал; Беда стоял у большой дыры в полу, сдвинутой к левой стороне, и светил в нее фонариком.
— Вот мы и пришли, — тихо и торжественно сказал маг. — Это он.
— Мы пришли?
Должно быть, Беда услышал в моем голосе что-то эдакое, неподходящее к величию ситуации.
— Разве тебе нужен не колодец желаний? — недоверчиво спросил он, резко разворачиваясь и светя фонариком прямо мне в лицо. — Тут больше глядеть не на что.
— Эм… я просто как-то не так его представлял, — я моргал, пытаясь прогнать светящиеся круги, плавающие перед глазами. На колодец дыра, правда, не очень походила — метра два в диаметре, и с низким изъеденным бортиком мне по колено. На камнях с трудом угадывался волнистый рельеф и остатки надписей — к счастью, не ниморских "осторожно: радиация" или "высокое напряжение".
Беда усмехнулся и махнул рукой, подзывая ближе.
— Это старая легенда, — негромко заговорил маг, склоняясь над колодцем. Темная дыра дышала сыростью и холодом. Колодец заполнял туман, переливающийся через бортики и растекающийся по полу; луч фонарика тонул в дымке, не освещая ничего. — Говорят, что у него нет дна, и внутри живут духи, выполняющие желания.
Да, я с первого взгляда поверил, что в колодце могла завестись и не такая гадость.
Свет фонарика пробежался по стенам. Их тоже украшали росписи — вероятно, по представлению художника, те самые духи, но больше похожие на чуток цивилизовавшихся осьминогов из коридора. Белые вытянутые фигуры с разрисованными лицами доставали макушками до потолка. Неизвестный творец постарался и здесь: в центре купола расположилась улыбающаяся пасть со множеством острых зубов, вокруг нее — множество разнообразных глаз, обрамляли все великолепие щупальца, и, если бы не пасть, чудище можно было бы принять за приболевшее солнышко.
Кое-где штукатурка отвалилась, но роспись это не испортило.
— Что, прямо так и исполняли? — дрогнувшим голосом осведомился я.
Беда перевел фонарик на продолговатую плиту с отбитым углом, вытащенную, похоже, из мостовой. Длиной в человеческий рост, изрезанную непонятными знаками, в потеках чего-то темного и остатками ремней для рук и ног…
— Злые духи, выполняющие злые желания, — зловеще уточнил маг и с торжествующей улыбкой пошел ко мне.
Колесо Кармы, чего ж тебе доставляет такое удовольствие ездить по мне туда-сюда? О, Небеса, я все понимаю, вы меня уже видеть не хотите. Бездна, а ты точно уверена, что я тебе так нужен? Точно-точно? Да помогите мне уже кто-нибудь! Сона! Где тебя носит, зомби драный?
Беда прошел мимо и, насвистывая, начал изучать второй вход в зал.
— До войны местечко было весьма популярным. Вызывали глад, мор и неурожаи, смерть врагов, — тоном бывалого экскурсовода пояснил он. — Одна жертва — одно желание.
— И это… действовало?
— Говорят, что да, — маг наклонился, рассматривая что-то у себя под ногами, и негромко присвистнул. — Неплохо… Ну, как тебе колодец?
— Мрачновато, — честно признался я, обходя жертвенник по широкой дуге.
Беда негромко рассмеялся:
— Не смотри так. Колодец раньше не простаивал, что верно, но это давно в прошлом. Да и тогда чаще пускали под нож ниморцев.