– Тебе снился кошмар. Ты плакала и звала кого-то, – Лео выглядит слегка испуганным. Ему кажется, что с появлением Джейн, в его жизни начал твориться какой-то дурдом. А прошло всего два дня, по сути. Не то чтобы до этого момента он жил спокойной жизнью. Но в сравнении с происходящим его жизнь до этого момента кажется сущей ерундой.
– Опять? – Джейн вздыхает и закрывает лицо руками. – Я так устала от этого.
Каждый раз я едва помню, что мне снится. Какие-то обрывки. Сражения, отблески сверкающей стали, из которых сделаны мечи. Лошади, скачки, погони. Опять битвы и стычки. И как я снова скачу, затем бегу, сама не знаю куда. Сражаюсь. Затем снова бегу. Я так устала, Лео... – Джейн практически плачет. Она трясется будто лист на ветру, губы дрожат – и это Лео замечает даже при плохом освещении. Или он это чувствует? Как будто вся боль Джейн – его боль.
– Мне тоже снятся странные сны. Тоже битвы на мечах и лошади. Какие-то сражения, блеск доспехов и кровь, много крови. Во сне я снова и снова убиваю. И это отвратительно, – Лео кривится. Ему неприятно вспоминать свои сны. Они очень жестокие. И он рассказал Джейн только небольшую часть. На самом деле все в разы хуже – он разрезает напополом противников в сражениях одним только взмахом меча. А другие воины... Они не знают жалости.
– И тебе? Хорошо, что я не одна такая. Я уж подумала, что с ума сошла, – Джейн облегченно вздыхает, шмыгая носом. А затем быстро говорит, словно оправдываясь. – В смысле не хорошо, что тебе снятся кошмары. Это отвратительно, ужасно и жутко. Такого и врагу не пожелаешь.
Лео кивает. Он абсолютно согласен с Джейн. Сны и правда дикие. Как будто случилось разовое помешательство у всех. Но у всех ли?
– Джейн, тебе нужно еще поспать. Хоть я и понимаю, что это тяжело из-за снов. Но я сяду рядом на полу и буду следить за тем, как ты спишь. Если что-то пойдет не по плану, я тебя тут же разбужу. – Лео безумно хочет помочь этой девушке.
Еще раз. Все еще не понимая почему.
– Тебе же тоже нужно спать. Я не могу... – Джейн уже хочет начать говорить о том, что она не может принять такую помощь. И что-то в таком духе. Но Лео ее резко прерывает, будто зная, что она собирается сказать.
– Все ты можешь. Я так сказал.
Джейн делает глубокий вдох, будто собираясь сказать что-то важное, или, может быть, она просто волнуется.
– Тогда не мог бы ты лечь рядом со мной, – слова выстреливают изо рта Джейн будто из пулемета – одной длинной очередью. И Лео удивлен этим словам.
– Мне и на полу отлично, не волнуйся за меня, – голос Лео не выдает ни капли волнения. Но эти слова Джейн его задевают за что-то. По телу разливается странное теплое чувство.
– Не отлично, я же слышала, как ты ворочался. И... – Джейн запинается. Она словно говорит через силу. Либо опять стесняется. – И мне так будет спокойнее. Будешь охранять мой сон! Может быть, остаток ночи пройдет без кошмаров.
– Хорошо, – Лео громко вздыхает. Он сдается. На полу и правда невыносимо спать. А если уж Джейн считает, что ей так будет легче, то почему нет?
Джейн, кажется, улыбается. Или у Лео уже галлюцинации начинаются к середине ночи. Он обходит кровать с другой стороны и ложится рядом с Джейн. Та сразу же поворачивается к нему. И между ними буквально сантиметры – Лео слышит, как Джейн тяжело дышит, все еще пытаясь отойти от кошмаров, которые ей снились. Но затем неловкое молчание прерывается.
– Лео, а какой тебе самый странный сон снился? – Джейн говорит очень тихо, едва слышно. Но Лео слышит ее. Слышит очень хорошо. Будто в своей голове. Он задумчиво хмыкает.
– Знаешь, мне снилось, как я скачу на лошади в блестящих доспехах по лесной дороге. И одним взмахом меча срубаю головы противникам. Не знаю, насколько это странно. Еще меня почему-то называли таким необычным именем... Такие имена, как правило, дают собакам, – Лео усмехается. – Не могу вспомнить. Это словно ускользает из моей памяти, – он пытается вспомнить это имя. Но что-то будто мешает ему это сделать. Память не подчиняется. Да и какого черта Лео эти сны помнит больше, чем то, что происходило до момента потери памяти?
– И правда странно. А мне вот снилось, что я бегу по полю, а раядом со мной скачет маленькая лошадка, пони, наверное. Такая смешная, с хохолком на голове. И зовут ее так интересно, Поппи, – задумчиво произносит Джейн, а затем смеется, также тихо, как говорит.
Так они лежат, болтая, еще несколько минут, пока Лео не окликает Джейн, а та не отзывается в ответ – уснула, значит. Лео улыбается и накрывает Джейн одеялом, а сам кладет руку на нее, словно приобнимая. Скорее инстинктивно, чем преднамеренно. Через какое-то время и сам Лео проваливается в сон.