Командир с укором глянул на «застеснявшегося» преподавателя.
— Князь, — поправилась та. — Мои люди…
Дальше можно было не продолжать. «Академики» действительно украсили странными позами окружающий пейзаж и всем своим видом демонстрировали, что встать и продолжать работу, пока не могут.
«Нет-нет-нет-нет-не-е-е-е-т! Поднимайтесь, дурни!» — мысленно завопил парень. Лично ему хватило всего пары «объяснений» от культуристки, чтобы он научился подниматься на ноги в любом состоянии.
— Хм, — глубокомысленно решил офицер. — Вижу, вы устали.
С земли раздался невнятный стон.
«Дебилы!!!» — уже вовсю бесновался голос внутри головы Павла. Офицер же окинул взглядом свое «воинство», отметив покрасневшие лица «спецов» и куда более «человеческий» их вид.
В стоне курсантов появились одобрительные и где-то даже счастливые нотки.
— Тогда поднимаемся на ноги, — предложил Князь. — Чуть потянемся.
«А-а-а-а-а!!!» — в панике бился внутренний голос, пока Волконский стягивал с себя бронежилет.
Виду он, конечно, не подавал. Ибо еще больше достанется. Чтоб не возмущался. Однако чувствовал, что в ближайшие минуты он откроет для себя новые грани боли и страданий.
Тишь, легко садившаяся на шпагат в любой проекции и столь же просто складывающаяся в идеальную складку, традиционно к растяжке относилась со всей серьезностью. И это было… больно! Схалявить же под ее строгим присмотром было практически невозможно.
Совсем скоро небольшая полянка заполнилась стонами боли и страданий.
— Чтоб я… да никогда… — нашел в себе силы выдохнуть Сергей, пытаясь как можно точнее скопировать довольно сложное положение инструктора.
Его брат, сцепив зубы, промолчал. У него получалось несколько лучше. Но все равно эпитетом «дерево» его пару раз наградили. Возможно, Валентина собиралась добавить что-то еще. Однако именно в этот миг Волконский решил, что может быть настолько плохим, насколько ему того захочется. Все свое раздражение он уместил в коротком и емком ответе, что слышен был лишь инструктору. Только после этого валькирия потопала править технику кого-то из курсантов, «поставив» тому конечность «как надо».
Раздался полный боли и страха вой. Однако равновесие несчастный бедолага сохранил.
— Вот так и стой! — строго припечатала Тишь и направилась к следующему мученику ее нелегкой науки.
Теперь на приближающуюся дьяволицу с ужасом смотрела Марика. Ожидания ее не обманули.
К Волконскому валькирия до конца растяжки предпочла не соваться. Вот умела она удивительно тонко чувствовать момент, когда стоило остановиться.
— Ну что, — поинтересовался Князь, которому досталось от культуристки ничуть не меньше остальных. — Дыхание восстановили.
Это, естественно, был не вопрос. Да и «академики» были готовы на все, лишь бы нынешняя пытка закончилась. «Наивные!» — мысленно вздохнул Павел.
— Тогда… рукопашный бой! — объявил командир. — Пузо, «потаскай» Шута. Тишь, работаешь со мной. Гладь, Стих, оцените уровень «академиков».
Курсанты с некоторым облегчением «вывернулись» из удивительных поз, в какие из «завязала» валькирия, и стал собираться в кучку для получения пи… неоценимого жизненного опыта от старшего поколения. А вот Волконскому повезло. Он этих «пи…» уже столько получил, что сегодня его отправили на работу с мастером захвата. А это значит, что тяжелых травм он сегодня не получит. Семен Андреевич мужчиной был обстоятельным, объяснял доходчиво, а потому «стучаться в печень» не было ну никакой необходимости. Тем более, младший коллега действительно старался. И науку перенимал со всей ответственностью.
— Сегодня теория, — коротко объявил спец по захвату. — Так что присаживайся.
Рассказывать Пузо умел. Интересно, образно, с примерами из своей богатой практики. Так что на некоторое время Волконский из окружающей действительности выпал, сосредоточившись на словах переговорщика.
— Эй, мелкий! — заставил его вернуться в реальность голос явно потрепанной Тишь.
Схватка с командиром ей легко не далась, а потому она срочно искала партнера для правки душевного равновесия. «Но не за счет же моего здоровья!» — мысленно завопил молодой человек, уже привычно пряча эмоции за «масочкой». А то решит, садистка, что он чем-то недоволен. Вот где веселуха-то будет!
Клановец неохотно поднялся и направился едва скрывающей предвкушающую улыбочку культуристки.
— А это что? — неожиданно остановился клановец, заметив тело долговязого придурка, что возмущался в строю.
Оно было аккуратно усажено на землю и прислонено к стволу дерева. Явно кем-то. «Крикун» был в отключке. По характерным отметинам на лице Павел мог сделать два вывода: работала Мышь, и это было недолго. Приводить крикуна в чувство никто не стал. Мол, жизни состояние не угрожает, вот и ладненько. Да и вообще, народ на полянке занят был. Кто-то тех самых «пи…» отхватывал, а кто-то раздавал. Всем весело. Все при деле.