— Из-за такой мелочи, — покачал головой молодой человек сокрушенно.
В целом, все удалось. Все, как говорится, рады: спецы РЭР Паутовых взломали защитный контур особняка Дашковых, а гвардейцы Волконских сумели скрыть еще четыре. Вот тебе и «злой умысел», и камешек в огород «намеренной попытки убийства». Спектакль шел по нотам…
— Водки? — негромко спросила добрая сестренка.
Павел аж на миг забыл о своем «горе», вскинув удивленный взгляд на девушку.
— Эт-то что еще за способ искать ответы? — нахмурился он.
Сестренке, конечно, восемнадцать уже исполнилось. Только-только. Но это же не повод так сразу…
— Это способ забыть вопросы, — заверила девушка.
Юмора ее брат не оценил.
— Я хотела как лучше, — ровно произнесла Волконская, глянув в открытое окно.
С улицы неслись крики и стенания. Не слишком большое «неудобство» для здешних мест. Почти в каждой квартире стояли легкие артефактные глушилки. Так что проблема «ночных горлопанов» не имела особой остроты.
Естественно, в квартире Павла была установлена куда более совершенная система. Так что его бы и грохот выстрелов танковой пушки не слишком бы побеспокоил. Да что там говорить, оборонные системы и прилет снаряда бы выдержали.
Однако сегодня молодой человек глушение звука отключил. Стенания и мольбы с улицы, подогреваемые резкими командами, ласкали слух.
— Не сжалишься? — поинтересовалась нейтрально Волконская.
Клановец покачал головой. У Вики была очень простая задача — отступить в нужную зону сразу после начала стрельбы. Три выверенных шага ВПРАВО.
— Ты получил, что хотел? — негромко уточнила сестра.
Парень вздохнул и приложился к кружке с ароматным чаем. Раньше он как-то не очень ценил этот напиток, но в квартире Фила без него не обходился ни один вечер. Разве что раньше он все больше пил какую-то дрянь, именуемую «полковником Петровым» не иначе как «пыль индийских дорог», а теперь в шкафу поселились банки с более… благородными сортами.
— Ты мне скажи, — фыркнул чуть раздраженно парень.
Светлана на такое проявление братских чувств не отреагировала никак. Прекрасно понимала, что это относится не к ней лично. Просто Павла бесила ситуация сама по себе.
— Мои люди закончили монтаж, — сообщила девушка. — Сейчас вносят правки.
Волконский кивнул. Он просмотрит уже готовый вариант.
Негромко завибрировал комм. Парень, глянув на экран, хмыкнул невесело и ответил:
— Вечер добрый, Матвей… Да, с ней все в порядке, — негромко сообщил клановец и покосился в сторону окна, откуда доносились погоняющие крики и стенания «жертвы». — Нет, пока не знаю, что именно произошло… Да, доброй ночи.
Факт — очень интересная вещь в мире клановых интриг. С точки зрения «небожителей», еще ничего не произошло. Ровно до того момента, пока Павел не объявит, что да, Юсупова была ранена, и случилось вот что… И никто самостоятельно интерпретировать произошедшее не возьмется. Во всяком случае, вслух. Удивительная картина: позвонить и справиться «о здоровье» несчастной «принцесски» уже можно, но… ничего еще не было.
Волконский отложил гаджет и подставил довольное лицо под несущий заряд ночной прохлады сквознячок.
— Может, хватит? — поинтересовалась собеседница, без особого возмущения в голосе.
Открывающимся из окна видом она тоже была довольна.
— Не-е-е-е, — лениво протянул парень.
Конечно, ему было немного жаль Катерину и Елену. Однако они сами вызвались донести до Виктории одну простую мысль. И приступили сразу же, едва брат с сестрой вернулись в квартиру. Разве что дождались, пока Волконский емко и в самых простых выражениях объяснил «женушке» все ее ошибки. Естественно, к тому моменту Кошкина пострадавшую в порядок привела. Да и Павел вовсе не свои нервы «лечил», а пытался донести до «уралочки», что любая мелочь может стать фатальной.