— Ну что ты, Аркадий Данилович, — в том же тоне откликнулся Волконский, бросив быстрый взгляд на ледяной ад, уничтоживший сад хозяев. — Не стоит беспокоиться. Я прибыл по делу и предпочел бы сразу перейти к обсуждению. Уверен, что еще успею оценить гостеприимство и радушие Паутовых в следующий раз.
Нельзя добивать соперника и лишать его самоуважения. Но вот раздеть до нитки слишком уж активного… и молчаливого «свата» клановец собирался. Просто для того, чтобы как только придет Аркадию Даниловичу или Дмитрию Аркадьевичу какая херня, они тут же вспомнили бы, что еще за прошлую не расплатились.
— Павел Анатольевич, — негромко позвала Мышь. — Раз я здесь больше не нужна, то обеспечь транспорт.
Одного взгляда хватило, чтобы Гром озаботился вопросом. Через две минуты перед особняком Паутовых рухнул глайдер, демонстрируя хозяевам дома содержимое внешней подвески. Судя по тому, как именно задумались оба, увиденного вполне хватило, чтобы представить, что случилось бы, выбери Глава вариант «война».
Удивительная была встреча. На втором этаже мирно разливали чай в полутемном кабинете Главы… в то время как на первом все еще лежали «рядки» местных обитателей под прицелом гвардейцев Волконского.
Здесь, в отличие от зала, даже имелось полноценное освещение. Что логично. Один из командных центров особняка просто обязан бесперебойно снабжаться энергией.
— Итак, — негромко констатировал Павел первым, чем слегка нарушил права хозяев дома.
Впрочем, с учетом того, чьи именно автоматчики стояли возле двери кабинета, с последним утверждением можно было и поспорить при желании.
Никто из собравшихся, правда, не желал.
— Буду короток, — продолжил Волконский. — Торга не будет. Список того, что я определяю как «вира», передаст мой человек. И отказа не встретит. Есть разночтения по этому вопросу?
Уже собравшиеся мыслями и силами Паутовы, пытающиеся хотя бы сохранить лицо, только едва заметно склонили головы в согласии.
— Прекрасно, — отмахнулся от нужной, но ныне раздражающей его темы Волконский.
Это зона ответственности сестры. Именно она определит размер «взыскания». И да, вариант «отдайте все» не прокатит. С точки зрения общественного мнения, объявленный объем виры — очень важно. Насколько победитель способен подготовиться и правильно назначить «цену»? Не продешевил ли? А, может, наоборот, «пожадничал», и запросил больше, чем проигравший способен заплатить? Такое «добивание» крайне негативно воспринималось в клановой среде. Да и наказание должно соответствовать «проступку». Так что нюансов тут куча. Вот только Волконский Светлане вполне доверял. Так справится. Можно не сомневаться.
— Теперь, и это главный вопрос, мне нужно знать кто и с какой целью организовал нападение на Кошкину Елену Витальевну?
— Мы… — начал было Паутов-старший.
Однако парень еще не закончил, а потому просто поднял руку, призывая к молчанию. Тишину он, что характерно, организовал моментально.
— Аркадий Данилович, Дмитрий Аркадьевич, я вас очень прошу хорошо подумать перед ответом, — со всей серьезностью акцентировал внимание на вопросе Павел. — От него всецело зависит, как именно мы с вами будем дальше… жить.
Паутовы переглянулись. Да, они знали о нападении. Но ни одному из них и в голову не пришло, что именно этот инцидент будет вынесен как основной. Оба полагали, что Волконский использует его как рычаг для того, чтобы запросить побольше. Но…
Глава дома поднял взгляд и… тут же отвел его. Глаза собеседника были пусты. Отчего-то мужчина не на миг не усомнился, что сейчас Волконский готов порвать кого угодно, лишь бы найти виновника нападения.
«Мы чего-то не знаем.» — отметил сокрушенно Паутов-старший. И как тут строить переговорную позицию, когда вся партия подобна кафкианскому кошмару, когда правила происходящего известны всем, кроме тебя. В данный момент мужчина видел единственное верное решение:
— Спрашивай. Мы ответим.
Глава 27
Глава 27. Эпилог.
За 48 часов до визита к Паутовым.
— Господин Волконский, спасибо за ожидание. Проходите.
Павел, поднимаясь с удобного кожаного дивана, негромко хмыкнул. Фраза у седого уже секретаря с холодными глазами отставного волкодава получилась практически невозможной. Одна из смысловых частей явно была лишней. Там, где звучит фамилия «Волконский», об ожидании и речи быть не может. Как правило. Сегодня — исключение.
— Благодарю, — вполне уважительно кивнул парень, прежде чем шагнуть к распахнутом миловидной девицей с профессиональной улыбкой стюардессы и очень интересной для человека понимающего моторикой.