Помощнику стоило некоторых усилий побороть гнев. Однако он просто кивнул.
Они не прятались. Призраки скользнули вперед первыми, взяв под контроль обстановку в зале. Чжан за их спинами в сопровождении двух телохранителей спокойно прошелся к входу в «особый зал».
Здесь к его приходу все были уже мертвы. Трое бойцов охраны, несколько явно пировавших «модников». С некоторым сожалением помощник скользнул по паре обнаженных тел. Вот уж кто точно ни в чем не виноват. Впрочем, через несколько секунд он забыл о них, списав в сопутствующий ущерб.
— Кто ты⁈ — прошипел единственный выживший, смахивая с лица капли чьей-то крови.
Эффект получился так себе. Только размазал.
Чжан отвечать не стал.
«Взять!» — махнул рукой он.
Четверо мужчин вышли вперед. Уже не спецы. Но качественно спеленать пленника и дотащить до машины их способностей более чем хватит.
Помощник вышел обратно в общий зал. Мужчина окинул взглядом застывших по углам «сотрудниц» и гостей. Никто не сопротивлялся. Сразу не успели, а тянуться за «всяким» под внимательными взглядами спецов было бы глупостью. Идиотов не нашлось.
— Не представляют ценности, — негромко сообщил Чжан Хану. — Пусть живут.
Он на пути мести, да. Но не мясник. Лишние жертвы гирями в карму помощнику были не нужны. И чем больше становился его личный счет, тем серьезнее он относился к этому вопросу.
Командир «призраков» кивнул. Через десять секунд в помещении не осталось никого. Лишнего. Удивительно, но имперская полиция так и не получила сообщения о небольшой бойне практически в центре столицы. Честные люди предпочитали совершенно другие места для отдыха. А остальные с властями связываться не желали.
Ныне все три ублюдка висели на цепях в старом заброшенном цехе.
В них не осталось уже ничего человеческого. Просто куски мяса. Пандзи умер час назад. Не выдержало сердце. Остальные еще дышали. Еле-еле.
— Шоучжан? — негромко уточнил командир Хан.
Уже почти забытое армейское уставное обращение заставило Чжана мысленно вздохнуть. Давно это было…
— Заканчивайте, — махнул рукой он отворачиваясь.
За его спиной раздались два негромких хлопка.
Глава 4
Глава 4
В этот раз Волконский пришел как друг.
Внушительные двери из черного дерева с резными драконами растворились бесшумно, будто сами поддались легкому движению девушки-проводника. Ее фарфоровая кожа казалась еще бледнее на фоне строгого темно-синего костюма — намеренно безликого, как униформа. Лишь голубой шелковый шарф с узором «облачных гроздьев» выбивался из общего образа, переливаясь при каждом шаге.
«Цинсе — цвет вечного неба и дипломатии», — отметил про себя Павел, вспомнив, как такие оттенки носили императорские посланники. Девушка замерла в поклоне, открывая путь в кабинет. Ее движения были отточены до ритуальной точности — ни на йоту глубже, чем требовал этикет.
— Добрый день, господин Волконский, — поприветствовал Хули-Цзин посетителя в подчеркнуто европейском стиле.
Даже руку протянул для пожатия, ломая принятые на его родине нормы.
— Я оценил, — демонстративно мазнул взглядом по шейке провожатой клановец.
Взор его упал на небольшой столик. Там на искусно инкрустированной подставке покоился традиционный клинок чэнь. Узкое прямое лезвие было будто покрыто туманными волнами. Так выглядел узорчатый дамаск с воронением.
На рукояти у гарды с любовью и тщанием была повязана белоснежная траурная лента.
— Мои соболезнования, — произнес Павел без всяких эмоций.
Собеседнику они были все равно не нужны. Его скорбь могла утолить лишь месть. И первый шаг на этом пути господин Хань уже сделал.
— Присаживайтесь, Павел Анатольевич, — предложил хозяин кабинета.
Молодой человек кивнул и расположился в предложенном кресле. Хули-Цзин разместился напротив, а не в своем «главном троне», словно подчеркивая равенство собеседников.
— Здесь все, что мне удалось узнать, — передал гостю хозяин кабинета небольшой планшет.
Господин Хань был сегодня до крайности лаконичен.
— Благодарю, — склонил голову Волконский.
Собственно на этом встречу можно было бы и заканчивать. Но вопрос был в том, что лишь ради этого ее не стоило и начинать. Защищенные каналы СИБ, фельдъегеря, да тот же помощник Чжан… мало ли способов передать пусть и важное, но всего лишь сообщение?