Волконский только кивнул. Этот вопрос был решен. А вот к главному они даже не подступились.
Молодой человек обвел взглядом собравшихся. Милая девочка Настеька уплетала очередной сырник, обмакнув его в сметану. Дела до брачного статуса коллеги ей, казалось, что и не было. Виктория была задумчива и собрана, но… увы, идей у нее новых не появилось. С Катериной же клановец обсудил все ночью. Однако девушка честно призналась, что в клановых интригах не сильна. И помочь, увы, ничем не может. Так что здесь и сейчас блондиночка выступала в качестве поддержки. И чтобы принять очередной «экзамен» у «принцесски».
Да и вообще… куда ж без нее-то⁈
Света же… пока отмалчивалась. Клановец крепко подозревал, что у нее какой-то ответ уже был. Правильный или нет — другой вопрос. В этом же разговоре ей было куда интереснее оценить как думают остальные.
— Хорошо сидим, — выдохнул Павел… с удивлением обнаружив, что вместо сарказма в его голосе звучит вполне естественная теплота.
Уютно «бурчал» закипающий повторно чайник, а в воздухе расплывались чарующие ароматы.
— Говорят, что дом там, где вкусно, — неожиданно хмыкнул он.
Девицы замерли. Даже планшет как-то удивленно крякнул голосом Бойцова.
Волконский лишь улыбнулся, обвел всех собравшихся взглядом и вновь вернул разговор в деловое русло.
— Хорошо, Свет, жги, — предложил он.
Сестренка приосанилась и стойко перенесла практически беззвучные, но такие искренние овации от всех собравшихся. Покрасовавшись немного, она собралась.
— Я считаю, что при нынешнем набором предпосылок ваш брак с Викторией, — она внимательно окинула взглядом сначала брата, а затем и «невестку». — Не имеет смысла. Вообще.
— Это как вообще⁈ — не сдержалась «уралочка», не сразу поняв, что именно имеет ввиду аналитик.
Остальные сообразили чуть быстрее.
— Подобный шаг не несет никакой пользы ни одной из сторон. Даже для Волконских ничего не меняется. Нет, если бы они предложили кандидата из клана, это имело бы смыл. Но строптивый Глава младшей Ветви… Нет, ничего не меняет. Разве что настроит вас обоих против старших родичей с обеих сторон.
За время «выступления» Волконской Юсупова успела откусить кусочек сырника и задумчиво его прожевать. Кажется, «подпитка» помогла ей соображать быстрее.
— То есть, готовится некое событие, которое этот расклад изменит, так? — уточнила она.
— Именно, — кивнула довольно Светлана.
— И что же это может быть? — приуныла «принцесска».
Вариантов сразу открывалось столько, что имя им… легион. Вагон и маленькая тележка. До хрена, если выражаться штилем Кроля.
Волконский покосился на экран. Чуть ехидно. Лицо Бойцова никаких особых эмоций не выражало. Вот только именно Олег Юрьевич несколько часов назад запрашивал перечень всех договоров и соглашений, действующих между кланами.
— Да-да, — с видом донельзя ехидным покивала сестренка. — Именно он!
— Ну же! — нетерпеливо надулась Виктория.
— И что же все через постель-то… мою? — негромко выдохнул клановец, и тут же с легкой вопросительной интонацией уточнил. — Договор о сотрудничестве и военной помощи, да?
— Вероятность более девяноста процентов, — развела руками Света и отхлебнула еще чаю.
Щелк!
Сработал автоматический выключатель чайника. Мышь тут же потянулась «обновить» уже опустевший «заварочник».
— Думаешь? — усомнилась Юсупова.
Такой «близости» от Глав она не ожидала.
— Сейчас взаимоотношения между кланами помимо общеимперских регулируют пакт о предотвращении военных инцидентов и двадцатипятилетний односторонний договор о ненападении. Ряд последних событий дает возможность предположить, что «регуляторы» работают плохо.
— Но… — негромко выдохнула «уралочка», но замолкла, осмысливая услышанное.
Договор о ненападении и военном сотрудничестве на дипломатическом языке — вещь очень серьезная. Фактически речь о высшей форме доверия между кланами.
— Если я права, — чуть иронично начала Светлана, имея в виду, что очень вряд ли ошибается. — То со стороны Волконских «залогом» выступает как раз аннулирование обязательств Юсуповых по тому самому договору о ненападении, а «уральцы» кладут на алтарь будущего мира…
Виктория подняла взгляд на Светлану.
— Да-да, именно тебя.
Павел негромко выругался. Одно дело, когда речь шла о его личной жизни… Родичи же поставили на кон мир между кланами. А воспитанное с детства чувство долга…