Звук громкой музыки вернул Михеля обратно в комнату с небольшим камином. Очнувшись от сна, наш герой встал со своего скромного ложа и подкинул в тлеющие угли несколько поленьев. Немного подумав, он скинул камзол, оставшись в черных брюках и черной рубашке. Внимательно прислушавшись к звукам неумолкающей музыки, трубочист с улыбкой покачал головой и направился вниз по стопам своей очаровательной спутницы.
Спустившись на первый этаж трактира, молодой человек окунулся в водоворот веселья и уловил причину залихватского воодушевления музыкантов. Гости придорожной гостиницы танцевали и веселились от души. Запал всего спонтанного действа находился в самом центре танца. Петра… Рыжая, зеленоглазая проказница крутилась в легких невесомых движениях среди радостно танцующих гостей. Ее голубое платье развивалось в разные стороны, казалось, будто страстный ветер терзал обнаженную материю. Михель застыл на ступенях и залюбовался юной феей, увлекшей гостей в волшебство танца. Моментальное, никем не приглашенное, счастье ворвалось в его сознание при виде этого яркого, плещущего безудержной энергией, парящего создания. Петра, словно почувствовав его завороженный взгляд, в несколько летящих па оказалась рядом с ним, положила руки на его плечи, и они, легко стуча каблуками кожаных башмаков, боком влетели в веселое движение, созданное заехавшими отдохнуть путниками. Созерцая друг друга, наши герои закружились среди раззадоренных гостей, плеская в них зажигательную энергию, вызывая собой зависть и любование.
Музыканты закончили очередную мелодию, и молодая ночная разбойница подтолкнула своего кавалера к двери на улицу.
- Пойдем, мне хочется свежего воздуха.
Михель повиновался. Они почти выбежали на уже не морозный, но необыкновенно свежий весенний воздух. Трубочист восхищенно посмотрел на девушку.
- Ты зажгла это ржавое королевство…
- Сама не знаю, что творю. Хорошо здесь.
Михель поднял голову и посмотрел на небо.
- Смотри, пришла пора небесного мерцанья.
Петра устремила взгляд ввысь и блеснула зелеными глазами. На ночном небе звезды принялись зажигаться одна за другой. Это принесло покой и наконец, остудило не стихающий задор внутри девушки. Она долго и внимательно смотрела на сигналы далеких светил, словно читая их секреты и новости. Наконец закрыла глаза и открыла их, уже глядя на нашего героя.
- Идем наверх к камину. Хочу посмотреть, как танцует пламя.
Ночная фея и трубочист, миновав танцующих постояльцев, поднялись на второй этаж и неспешно зашли в номер, отперев большую скрипучую дверь. Обменявшись взглядами, они кинули на пол подушки, найденные в углу комнаты, и уселись перед камином, любуясь языками неповторяющегося пламени. Михель подвесил на крюке над танцующим огнем медный чайник, захваченный с первого этажа, и поправил потрескивающие дрова в камине. Вода невероятно быстро вскипела. Ароматный чай с букетом трав, заваренный трубочистом, добавил уюта в стены подернутой полутьмой комнаты. Время вокруг молодой пары будто спешило, обгоняя неспешный разговор и подсказывая, что спать нужно лечь, не дожидаясь рассвета. Преодолевая желание продолжить беседу Петра растянулась на кровати, а трубочист, как мог втиснулся в небольшой диван. Ночь, усмехнувшись, распахнула объятья, и сон стремительно прискакал к уставшим в доге путникам.
Звенящая тишина, комната, полутьма… Скрипучая дверь приоткрылась без традиционного скрипа, и внутрь проскользнули две тени. Первая незваная гостья проявилась в свете луны в силуэт стройной женщины и занесла руку с выпущенными когтями над спящим на диване трубных дел мастером. Мгновение, и парень, казавшийся безмятежно спящей жертвой, выбросил руку вверх. В пробивавшемся в комнату свете луны блеснул острый тесак. Пальцы незваной гостьи разлетелись по полу. Крик, наполненный отчаяньем, пробежал по стенам старой придорожной гостиницы и гулом повис в наступившей тишине. Вторая тень в свою очередь распахнула плащ, и в руке сосредоточенной женщины вспыхнул огненный шар. В свете яркой вспышки можно было рассмотреть корчащиеся по полу пальцы, в последний раз втягивавшие в себя страшные когти, искаженное гримасой боли лицо обезоруженной ночной воительницы и решительный взгляд ее боевой подруги. Запущенный второй гостьей яркий шар устремился к голове Михеля, оставляя след гари на своем пути, но проснувшаяся от шума потасовки Петра каким-то необъяснимым образом отвела удар. Огненный снаряд отпрянул обратно к своей создательнице и поджег ее. Женщина запылала, и еще один крик отразился от стен видавшего виды трактира.