…Также в тумбочке на нижней полке имелась старая уже деревянная зубная щетка с изрядно вылезшей щетиной, почти пустая картонная коробочка с зубным порошком, роговая расческа и — тут он удивился от души — темно коричневый шматок — родное хозяйственное мыло! — в треснувшем блюдечке. Прямо таки вечные ценности — вспомнил он какую-то рекламу из своего времени
Заметив зеркало у двери, он подошел.
В стекле отразился изящный тонколицый высокий юноша, выглядевший моложе своих восемнадцати… Черт — ему точно восемнадцать⁈ Он прислушался к себе. Вроде да…
Высокий и довольно широкоплечий, с нежной кожей лица, которого еще не касалась бритва…
Кем бы ни был его предшественник, — не урод, не туберкулезник и не испещренный угрями хиляк. И мозги работают.
А что истерил из-за двоек и обид и в пролет кинуться хотел — так тут время такое — как правильно констатировал лекарь. Он вернулся к тумбочке — задумчиво повертел в руках карандаш. Надпись на ребре гласила — «В. Ф. Карнацъ № 3.» Вроде в России карандашей до революции и не делали? Вытащил зачем-то учебник по физике, листнул его… «Атом — мельчайшая неделимая частица вещества — для каждого химического элемента, отличающаяся от атомов других элементов своей массой. Атомы — частицы, которые нельзя создать заново, разделить на более мелкие частицы, уничтожить путём каких-либо химических превращений. Любая химическая реакция просто изменяет порядок группировки атомов…»… Улыбнулся невесело — уже учащиеся по этим учебникам успеют увидеть наглядное и яркое во всех смыслах опровержение этой школьной премудрости над двумя японскими городами.
…По коридорам прозвенели, громко дребезжа колокольчики в руках педелей — заканчивались уроки, а вскоре хлопнула дверь…
— Серж! — вскрикнул Полинецкий, бросившись навстречу. — Ты вернулся!
Словно разом проснувшись, остальные набежали, окружив попаданца. Восклицания где радость смешалась с удивлением заполнили комнату.
— Как ты? Мы так волновались! — спрашивал Тузиков, его глаза светились искренней радостью за друга
— Я за тебя свечку поставил в нашей церкви
— А мы уж боялись…
— Ты точно совсем здоров?
— Я в порядке, друзья… Спасибо, что ждали! — осторожно произнес он.
Товарищи начали делиться новостями — кто-то успел получить двойку, а кто-то — пятерку, у кого-то кузина выходит замуж и по этому случаю он идет в короткий отпуск.
— Я тут прочитал Спенсера! — воскликнул Сутанов смахивая пылинку с идеально пошитого мундира. — Обязательно прочти — он куда лучше этого древнего Бокля!
— Да ладно тебе с твоими философами — человек нервный припадок пережил! — это Тузиков. Вот — протянул он толстый том. Роман «Камчадалка»! Классическая же вещь! Не хуже Фенимора Купера! Сам Некрасов ее хвалил!
Сергей благодарно закивав — взял аккуратно обернутую в лист газеты книгу… Да — с газетами надо будет познакомиться — ну и с книгами. Про эту «Камчадалку» он и не слыхал в будущем!
В этот момент Сергей почувствовал себя как-то по особому легко — забыв о страданиях и опасениях. Его словно приняли в состав этого мира — не видя в нем ни безумца какого он в себе в начале подозревал ни невероятный феномен — каким он был. И уж точно — жертву бесовских козней как могли бы еще подумать в эту эпоху люди попроще!
…Слава Богу они не знают и не узнают — и никто не узнает! Улыбаясь и что-то произнося в ответ однокашникам Сергей зачем-то поклялся себе что никогда не раскроет эту тайну — не доверит ни дневнику ни самому близкому другу…
С каждой минутой он все больше раскрепощался, обращаясь к памяти Сурова и подстраиваясь под нее
— Теперь надо будет заняться латынью други мои! — заявил он. Особо заняться!
— Ох — латынь! — загалдели приятели. Несчастье наше…
— Знаете, — сказал он первое, что пришло на ум, — во время болезни я понял, как важно ценить каждый момент. Не надо бездельничать — время уходит безвозвратно!
Его слова вызвали одобрительные кивки и улыбки.
Разговоры вновь заполнили воздух смехом и дружескими поддразниваниями.
Но тут торжественную встречу нарушил педель Шпонка — именно так подумал попаданец об упитанном седом человеке в мундире не по росту — уже освоивший видать базовую память тела