Сергей встал и машинально направился в свою прежнюю комнату, где обитал прежний Суров, когда еще его не определили в пансион.
Комната была довольно большая. Письменный стол и стол у дивана; резной шкаф с книгами; умывальник с мраморной доской и на нём — деревянный набор для мыла, порошка, воды, щёток; на стенах картины и портреты в массивных рамках, две трехлинейных керосиновых лампы — одна фарфоровая, перед диваном, другая — бронзовая, висячая; на письменном столе чугунная грубого литья чернильница; в углу, за портьерой, железная кровать, с никелированными шишками; на подушках, вышитая накидка; ковёр на стене…
Теперь эта комната, получившая название «классной», была отведена для занятий Кати с учителем, — тем самым Алдониным, с которым, по словам Ступкиной, «так весело заниматься». Цицерон и Саллюстий уступили на столе место Кирпичникову и Гилярову, Малинину и Буренину, этим грамматическим и арифметическим близнецам; рассказы о которых дошли даже до его времени. Тут же красовался исчирканный цветными карандашами глобус, висела грифельная доска. Буквально везде валялись тетрадки младшей сестры, разрисованные рожицами, кошками, деревьями, домиками, исписанные каракулями и обильно усеянные кляксами. Прямо как школьницы его времени, — вспомнил он дочкины тетрадки. Младшая неплохо рисует…
Он подошел к книжному шкафу… Майн Рид, Жюль Верн — почти целая полка: Брет Гарт — про что он писал в памяти никак не осталось — он даже не мог вспомнить — читал ли его Суров? Странно что нет Конан Дойля — и вообще кажется о нем тут не знают.* Может — снова посещавшая не раз мысль — все же параллельный мир? Зато был Диккенс — занявший полку своими монументальными томами — попаданец его не одолел в свое время (такими бы да по башке «пошехонцам»!). Еще какой-то Нарежный (ой — а кто это?); Феликс Дан, Боборыкин* —тоже не в дугу. Некрасов — да как много… Салтыков-Щедрин… Попаданец покачал головой. Кто такой — он знал, что видный сатирик, классик и даже бывший вице-губернатор при всем этом… Но вот читать — не читал.
Сверху на книжных рядах лежал затрепанный том — Жюль Верн — должно быть пребывая тут в последний раз Суров забыл его поставить на место…
Название ничего не говорило Сергею — «Найденыш с погибшей 'Цинтии». Он читал в школе «Таинственный остров», само собой смотрел фильмы про детей капитана Гранта и экранизации «Капитана Немо» — и отечественные и иностранные — и еще мультяшный сериал про Филеаса Фогга — причем два раза — и в первом классе и потом с дочкой. «Есть ли у меня план? Есть ли у меня план⁈» — чуть улыбаясь вспомнил он присловье придурковатого сыщика Фикса. Не-а — плана нет… А пора бы!
Пожав плечами он вернул книгу на место
'Мы отправляемся на поиски Жюль Верна
Там в Париже за углом была таверна
У стойки бара мы замешкались наверно
И потому валяемся под столом… *
Тихонько пропел он пародию «Нового Комеди-клаба» — на чьем концерте был с Натой в конце августа…
Да — эта встреча с копией Наташи — это знак судьбы или просто сколь угодно невероятное но совпадение⁇
— А где Катюша? — отвлекаясь от странных мыслей, спросил он, увидя в столовой через открытую дверь вездесущую тетку, суетившуюся около самовара.
— Катиш отправилась в гости к Мардановым. Теперь скоро придет: няня сейчас пошла за ней…
«Мардановы… — какие-то знакомы семьи» — промелькнуло у него — и больше в памяти ничего. А это скверно между прочим — пробежала обеспокоенная мысль — возможно он забыл вот так вот нечто важное из содержимого мозга Сурова — и рискует тогда крупно поколоться…
Она вдруг ахнула и всплеснула руками:
— Батюшки, я и забыла — тебе поесть надо! Вот шальная то! — Ты уж не сердись на меня Христа ради: совсем ошалела! То те, то. эти тормошат: бегаешь, как угорелая кошка. А пуще всего эта девичья орда: измучили донельзя!.. Я бы тоже запила по совести как Павел горькую… Ах, батюшки, брусничное варенье забыла: любит его ненаглядный-то… Сейчас, Сережа, сейчас! Сию секундочку! Одна нога здесь, другая там…
Она понеслась куда-то, похихикала с кем-то и вернулась
— Ты не хочешь ли стаканчик чайку с ромом? — таинственно спросила она, молодецки щелкая себя по горлу.
— Не откажусь… Позже…
— Да, ведь я и забыла, — что ты натощак. Вот полоумная-то!.. Сейчас, в одну минуточку! Прости Христа ради!
Она ринулась вон, но Сергей остановил ее:
— Тетушка — я что-то не хочу есть.
— Как не хочешь?
— Так не хочу.
— Да отчего же?