Как говорили воспоминания — основание Самары 1586-й год. Тогда была построена крепость Самарский городок. Крепость должна была закрыть пути набегам кочевников и сделать безопасным путь по Волге. Три с небольшим века назад струги под командованием окольничьего и князя Григория Осиповича Засекина пристали к пустынному лесостепному берегу. Царь Федор Иоаннович подписал указ в далекой Москве-матушке, и вот уже на волжском берегу появился работный люд, стрельцы, дворяне, священники… Одни говорят что место это предложил еще Ивану Грозному степной хан Юсуф — мол возьми урусский царь — не жалко — много пустых урочищ и берегов… По другой легенде — место выбрано ибо якобы в баснословном 1357 году здесь останавливался митрополит Алексий во время своего путешествия в еще могучую Орду — из еще маленькой бревенчатой Москвы, чьи владения обрывались почти за Звенигородом. Здесь, на волжском берегу он встретился с праведным отшельником, живущим в пещерке — и тот сказал, что это место станет городом, который просияет в веках. Правда память Сурова подсказала что вольнодумные самарские краеведы раскопали, будто во времена Алексия Самарка и Волга имели совершенно другое течение. Скорее всего впрочем дело в ином — Самару воздвигли на самой границе Московского царства его крайнем рубеже — дальше лежала Ногайская Орда. Не раз и не два ногайцы пытались взять и сжечь город, брали в плен крестьян и купцов и казаков — но Русь упорно держала взятое…. Потом и саму Ногайскую Орду разгромили киргизы, которые потом вынуждены были признать власть московского царя. Именно тогда первые смельчаки из самарских казаков перебрались через реку Самарку и основали там Засамарскую слободу. Ныне в память об этом разве что название притока Самарки, Татьянка — назвали не по русскому имени Татьяны, а от слова «тать», что значит вор. Ведь именно со стороны Татьянки появлялись отряды кочевников, которые не раз раз пробовали город на зуб…
Вспомнил он и еще кое-что — о чем вспоминать слишком часто здесь и сейчас не рекомендовалось — в 1670 году Самара сдалась почти без боя отрядам Степана Разина, а в 1773 году — была первым городом, перешедшим на сторону Емельяна Пугачёва. Но сейчас тени тех бунташных времен вроде как рассеялись («До поры до времени!» — уточнил все тот же внутренний голос не без некоторого ехидства). И тут — обычная сонная провинция.
Между делом Сергей шел в впитывал информацию. Вывески разных мастерских и магазинчиков — а и немало их. Трактиры — один из них — небольшой и даже на вид убогий — именовался многозначительно — «Под бубной»* и на вывеске — аляповатый бубновый туз. А у дверей отирался подозрительного вида тип — небритый в старой казацкой фуражке, и солдатских штанах с черным кантом- поверх чего была напялена розовая бабья кацавейка.
Суров бы не обратил внимания — а вот попаданец отметил специфический прищуренный взгляд и какую-то хищную волчью стать оборванца. Должно быть трактир непростой. Своей Хитровки или Сенной — признанного криминального района в Самаре сейчас не было — но лихие люди имелись — а значит были и места где они кучковались. В это время мир воров и жуликов и мир таких как его родители существовали сугубо раздельно — до тех пор пока на лесной дороге гирька на цепочке не обрушивалась на голову припозднившегося управляющего, везущего выручку, или щербатый нож не упирался в горло забредшего не туда хорошо одетого пьяницы. Преступный мир варился в собственном соку — пощипывая общество, но на большее не покушаясь — не то что в пережитые им «лихие 90е»
Сергей пошел дальше невольно ускорив шаг. Ему даже показалось что парень кидает ему вслед оценивающий взгляд — хотя это скорее напрасные страхи: что возьмешь с гимназиста?
* Попаданец заблуждается — это сухопарник (паровой колпак) — элемент парового котла паровоза. Устанавливается в верхней части котла и наравне с дымовой трубой является одним из самых его заметных выступающих элементов. Сухопарник отделяет пар от водяных капель и частиц накипи, защищая машину от износа накипью, попадающей с паром в виде взвешенных частиц.
*Железнодорожные жандармы в Российской Империи это не классическая жандармерия — политическая полиция, а особые части экстерриториально охранявшие железнодорожное хозяйство. При Александре II в 1866 г. полицейские управления на железных дорогах были преобразованы в жандармские полицейские управления железных дорог (ЖПУ ЖД) вначале подчиненные МПС и только потом — Отдельному корпусу жандармов. Поскольку железные дороги шли по территориям многих губерний и часто перегоны проходили вдалеке от населенных пунктов, чтобы обеспечить охрану путей и мостов, на определённых участках возводились жилые казармы.