Вместо нормального голоса, его горло вдруг выдало какое-то жалкое хрипение карканье. Прокашлявшись, он не без труда выплюнул фразу
— Й'есть тут кхито-н'будь?
Никакой реакции.
— Где я? — вышло уже лучше.
Хлопнула дверь.
— Господин гимназист? Вы как себя чувствуете?
Говоривший был сильно немолодой человек в белом халате и шапочке. Врач — как из давнего черно-белого кино…
Речь его почему-то подействовала успокаивающе. В ней даже чудилось что-то знакомое.
— Где я? — повторил Сергей и вздрогнул — этот голос точно ему не принадлежал!
— Вы не помните?
Сергей лишь мотнул головой.
Доктор и в самом деле как будто пришел из какого-то фильма прошлых лет. Худой и высокий, он носил строгий тёмный костюм, висевший на его тощем теле как на манекене. Галстук — бабочка… Его седые волосы свисали неровными прядями — и Сергей не мог понять, сколько ему лет. Старик, или просто человек в возрасте? Взгляд его водянисто-голубых глаз за стеклышками пенсне был однако внимателен и цепок.
С собой он принёс облезлый медицинский саквояж, из которого извлёк стетоскоп старомодного вида. Затем доктор поправил пенсне и послушал Сергея не снимая рубашку. Пощупал пульс. Поводил пальцем перед глазами…
— Органических повреждений, судя по всему, нет. Следовательно, и рекомендации мои остаются без изменений — полный покой прежде всего… — деловито сообщил медик. Полный покой! — важно поднял он палец. О долгосрочных последствиях судить пока рано, как и прогнозировать дальнейшее течение недуга. Но это может быть хорошим знаком. Что последнее вы помните, господин Суров?
— Я не… — машинально произнес он — но вовремя проглотил «не Суров». Я не… помню как сюда попал! — закончил он — благоразумно опустив громко бившийся в черепе вопрос — «Где я⁈»
Медикус прямо — таки впился в Сергея взглядом
«Почуял ложь?» — кольнуло подозрение…
— Вас сюда принесли без сознания — и было это пять дней назад.
— Я отравился? — и память и язык плохо его слушались.
«Чертовы таблетки! Удружила Натаха!» — пронеслась мутная мысль в глубине сознания
— Нет — скорее это чрезмерное нервное напряжение… — деловито бросил служитель Эскулапа. Молодежь себя совсем не бережет! Перенапрягают все умственные и моральные силы, доводя себя до неврастении и чахотки с помешательством. Стреляются из-за пустячков. Курсистки пьют уксус, поругавшись с кавалером. Белошвейки — вчерашние деревенские девки — едят спички чтобы умереть от фосфора! Мастеровые вешаются от того что им отказала какая-нибудь горничная или торговка! А ваш брат — гимназист прыгает в Волгу с набережной. Простите уж мне стариковское брюзжание — словно спохватился медикус — просто я диву даюсь — какие ныне слабые, чувствительные нервы! Какая болезненная молодежь! Ну-с- ладно! Рад что все закончилось хорошо! Надеюсь дней через пять или шесть дней вы сможете вернуться к занятиям, Сергей Павлович… Гимназический курс не терпит больших пропусков — вы уж мне поверьте!
И вышел оставив его в полной растерянности.
«Что со мной — черт побери⁈» — билось в голове. Вариантов собственно два. Или он рехнулся и видит неотличимый от яви бред или…
Сергей ущипнул себя, раз, другой… Больно! Если и сон и бред то очень правдоподобные… Вспомнив кое-что, он надавил на глазное яблоко — верный способ отличить галлюцинацию от реальности — и окружающее послушно раздвоилось… Он потряс головой и полушепотом выматерился.
'…Спокойствие, Серый — только спокойствие… — нервно проносилось в его мыслях. Дело-то житейское… Ну, подумаешь, — попал в прошлое! Кстати — в какое? А ладно — потом узнаем! Ну попал — ну гимназист! Фигня какая! С каждым может случиться — хе-хе! Сколько ты всяких книжек про попаданцев читал? Да что там читал, даже сам чего-то такого сочинить пробовал. Так что… И вообще, могло быть и хуже — засунули бы тебя они…
— Кто — «они»⁈ — откликнулся внутренний голос внезапно перебивая поток черного юмора…
— А — не важно! — залихватски ответил второй внутренний голос. Главное — они могли засунуть тебя в какого нибудь нищего старикашку, в прокаженного, в каторжника на галерах или вообще — в бабу! И пришлось бы тебе трахаться с мужиком, а потом рожать! Так что ищи светлые стороны в жизни… Ты живой и молодой хотя бы…
Так — соберись Серый… — напряженно сжал зубы Сергей. Прими за аксиому — ты в прошлом — потому что проворачивать такой квест и шутку в духе старого уже кино «Холоп» с тобой никто не будет: у тебя нет папы-олигарха (и никакого уже давно нет!). Главное — не истерить и не беситься и громко не орать — иначе легко загремишь в дурдом. В эти времена (Черт — знать хоть бы приблизительно — какие⁈) угодить в психушку, как подсказывает память, довольно просто… А порядки там не дай Господь!..' Воображение услужливо нарисовало какие-то решетки, изможденных людей в полосатых пижамах за ними, кандалы и смирительные рубашки…