– Лизонька, ну какой из тебя владелец? – усмехнулся Юрий. – Ты с ним попросту не справишься. Не твой уровень.
– А вы справитесь, Юрий Александрович?
– Скажем так, владение подобным предметом укрепило бы мои позиции. Очень сильно укрепило. А с моими позициями укрепятся и твои.
Юрий явно нервничал. Уши его чуть вытянулись, показывая частичный оборот, необходимый для лучшего слуха. На меня он почти не смотрел, постоянно вертел головой по сторонам и вглядывался в случайных прохожих. Я же ни в ком не видела и следа магии, поэтому не опасалась, что нас подслушают.
А вот самого артефакта опасалась. И сильно. Настолько сильно, что действительно начала прикидывать, кому сбагрить, если он вдруг как-то проявится. Возвратить украденное владельцам, как я со страху сразу предложила? Ох, боюсь, без скандала не получится, а скандал точно не пойдет на пользу ни мне, ни памяти покойных родителей. Значит, нужно избавиться от него тихо, не привлекая к себе внимания, и сделать так, чтобы вся эта свистопляска вокруг артефакта перестала быть моей головной болью. Пока на него пытались наложить лапу трое: Рысьина, Волков и Юрий. И я даже не могу сказать, кому из них хотелось отдавать меньше. Если бы речь шла об имуществе клана, княгиня была бы в приоритете, но артефакт оказался ворованным…
– Более того, Лизонька, не забывай, избавившись от артефакта, ты сразу оказываешься в безопасности, – разливался Юрий соловьем.
Если, конечно, те, кто хотят им завладеть, в это поверят. А те, кто завладеют, не захотят убрать свидетеля. Кого имел в виду Велес, говоря о предательстве близкого человека по отношению к той Лизе? Не Юрия ли? Вот ведь задачка: с наскока не решишь – и посоветоваться не с кем…
– Я вас услышала, Юрий Александрович, – прервала я собеседника. – У меня есть над чем поразмыслить. Прямо сейчас я ничего решить не готова, да этого и не требуется.
– Это так, Лизонька, – легко согласился Юрий. – Но я надеюсь, ты поразмыслишь и примешь нашу с папой сторону. В свою очередь, я готов прийти тебе на помощь в решении некоторых затруднений.
– Например? – заинтересовалась я.
– Например, мы можем сказать Фаине Алексеевне, что пришли к некоторому взаимопониманию, тогда она перестанет искать тебе жениха.
– Юрий Александрович, – укоризненно сказала я, – меня не привлекает помолвка с вами, и вы это прекрасно знаете.
– Я не говорил о помолвке, – усмехнулся он чуть уязвленно. – Достаточно будет заявить, что ты не отклоняешь такой возможности. Это тебя защитит от нежеланного брака. Во всяком случае, на некоторое время. Взамен ты… даже не передаешь, а хотя бы сообщаешь, если тебе удастся получить артефакт.
Глаза его чуть сузились, показывая, что ответ для него очень важен. Но я соглашаться не спешила: предложение не казалось мне заманчивым и принимать на себя обязательства было бы неразумно. Конечно, я вообще могу не найти этот артефакт, и тогда Юрий ответной любезности не дождется. Но пойди ему навстречу хотя бы в мелочах – отгрызет все, до чего дотянется.
– Спасибо, Юрий Александрович, я подумаю, – уклонилась я от немедленного ответа.
Разговор нужно было срочно переводить на другую тему, и тут взгляд зацепился за красочную афишу «Только один концерт! Впервые в Ильинске гостья из туманного Альбиона! Филиппа Мэннинг – золотой голос оперы». И портрет этого «золотого голоса», выполненный в профиль. На портрете Филиппа была юна и необычайно хороша: аккуратный носик, пухлые губки и пышные волосы, собранные в затейливую прическу.
– Англия – законодатель оперной моды? – невольно спросила я.
– Что? – удивился Юрий, проследил за моим взглядом и снисходительно пояснил: – Разумеется, нет. Лизонька, да кто к нам поедет, в нашу глушь и холод? Только по личным симпатиям.
– И чья личная симпатия эта Филиппа Мэннинг? – заинтересовалась я.
– Наверняка одного из Песцовых, – небрежно бросил Юрий, отворачиваясь от афиши. – Любит он… устраивать концерты.
Пауза была слишком характерной, чтобы понять, что Песцов не столько любит концерты, сколько певичек. Вполне себе подходящее увлечение для молодого оборотня, наверняка никак не позорящее клан. Поувлекались – и отставили, почему нет? Но говорить со мной на такие темы наверняка было неприлично, поэтому Юрий и смягчил слова, хотя легкое пренебрежение в тоне присутствовало.
– И часто он устраивает… концерты?
Фраза получилась двусмысленной, и Юрий на миг замешкался с ответом, но потом решил понять в свою пользу.
– Когда как. – Он склонился ко мне и проникновенно сказал: – Хочешь, Лизонька, мы сходим на концерт вместе?