Выбрать главу

Очевидно, все дело было в том, что с моим конструктом аккуратно действовать было невозможно. Или в том, что целитель оказался слишком предусмотрительным? Неважно. Главное, когда я начала расширять получившуюся дырку и уже предвкушала, как доберусь до книг, которые там находятся, на меня с потолка упала сеть и спеленала так, что я не только потеряла контроль над своим плетением и оно развеялось, но и двинуть пальцем не могла, поскольку руки оказались плотно прижаты к туловищу. Этакой мумией я и пролежала до прихода Владимира Викентьевича, попутно размышляя, что путь грабителя оказался не таким легким, как это виделось поначалу. В самом деле, вскрывать защиту от воров – это вам не вскрывать защиту от подслушивания. Надо будет в следующий раз внимательнее осматриваться и выявлять возможные ловушки.

– Елизавета Дмитриевна, как же это вы так? – укорил вошедший целитель и дезактивировал сеть.

Поскольку я лежала на спине, то прекрасно видела, как она втягивалась в потолок. Как змея в ожидании следующей жертвы. Многоразовая, значит. Ага, вот от нее сигнальная нить идет к шкафу. Совсем тоненькая, блекло-зеленая, почти прозрачная. Наверное, Владимир Викентьевич приспособил под свои нужды что-то из целительских плетений по удержанию пациента. Жесткому, но не опасному для жизни.

– Сама удивляюсь. – Я поднялась с пола и начала смущенно отряхивать юбку. К ней, конечно, ничего не пристало, но нужно же было себя чем-то занять? – Я всего лишь хотела открыть шкаф, и тут меня как спеленает… Там, наверное, что-то ценное, если так защищено?

– Всего лишь книги по целительству. – Владимир Викентьевич задумчиво переводил взгляд с меня на шкаф, со шкафа – на потолок, а с потолка – опять на меня. – И как это так получилось, что защита на вас сработала, Елизавета Дмитриевна, если вы просто хотели открыть шкаф?

– Он не открывался. Пришлось использовать магию, – честно признала я.

– Елизавета Дмитриевна! А если бы вы мне все тут сожгли! – возмутился целитель.

– Разве у вас не включена защита? – парировала я. – Простите, Владимир Викентьевич, я не хотела напакостить.

Чувствовала я себя совершенно неблагодарной. Все-таки, если бы не помощь целителя, еще неизвестно, где бы я сейчас была. Конечно, он что-то недоговаривает, но так ли уж важно это что-то? С другой стороны, разве случилось бы что-нибудь страшное, просмотри я книги из закрытого шкафа и поставь их на место? Если бы не ловушка, целитель бы и не узнал об этом и сейчас не стоял надо мной живым укором.

– Ох, Елизавета Дмитриевна, – вздохнул Владимир Викентьевич, – надеюсь, случившееся послужит вам уроком.

– Разумеется.

– И что вы вынесли из данного прискорбного происшествия?

– Нельзя лезть туда, где стоит магическая защита.

Без должной подготовки и внимательного осмотра местности. Но последнее, разумеется, я целителю не сказала. Он и без того выглядит расстроенным, не надо оставлять его в уверенности, что это не последняя моя попытка. Почему-то мне теперь казалось жизненно необходимым залезть в этот шкаф.

Все время до сна я провела в своей комнате, тренируясь создавать конструкт щупа. Я не исключала, что неудача случилась оттого, что я не контролировала его в должной степени. Судя по всему, связка, которая используется для гибких конструкций, чем-то отличается от той, которую я изучила на защитном плетении шкафа. К сожалению, присутствие Юрия не позволило уделить должное внимание конструкту Владимира Викентьевича и тщательно я рассмотрела только сам блок. Но если бы я уделяла больше внимания попытке целительского подслушивания, чем Юрию, то и Рысьин, и Владимир Викентьевич непременно что-нибудь заподозрили бы. Почему-то я была уверена, что совсем не в моих интересах показывать свой уровень магии.

Я уже почти отчаялась, когда до меня наконец дошло, что же надо сделать: я не только соединила блоки между собой, но и нанизала их на тонкую нить силы. И вот теперь получилось все как надо. Печалило только то, что создавалась вся эта система очень медленно и малейшее нарушение концентрации сразу же развеивало конструкт. Но это было преодолимо, так что я ложилась спать в прекраснейшем настроении, намереваясь поутру продолжить тренировки.