– Прямо сейчас? – уточнила я.
Вместо ответа Рысьина завертела рычажок на телефоне и потребовала немедленно прислать к флигелю машину и отвезти меня в город.
Машина подкатила буквально через пару минут, и доброго отношения родственницы хватило даже на то, чтобы проехаться со мной до главного здания. Возможно, она надеялась, что я передумаю, поскольку поинтересовалась, не хочу ли осмотреть приготовленную для меня комнату. Я вежливо ответила, что, возможно, в другой раз, а на сегодня мне Рысьиных уже достаточно. Можно даже сказать, что случилась передозировка, еще не критическая, но уже близкая к ней. Княгиня насмешливо хмыкнула, но настаивать не стала.
К главному рысьинскому зданию мы подъехали одновременно с экипажем, в котором сидели еще двое представителей клана, отец и сын, прекрасно мне знакомые. Встреча с ними в мои планы не входила, а вот в их, похоже, очень даже. И не только со мной, но и с княгиней.
– Фаина Алексеевна, мое почтение! – обрадованно вскричал Александр Николаевич, приподнимаясь сам и приподнимая шляпу. – Лизонька, как хорошо, что вы с бабушкой помирились. Я всегда говорил: семья – вот что главное в жизни. Семья и клан.
Юрий тоже поздоровался. Похоже, он не испытывал ни малейшего смущения от того, что случилось не столь давно. Казалось, он даже испытывает некоторую гордость, что проник тайно к якобы любимой девушке. На его наглой физиономии была написана только гордость, личная или клановая – кто ее разберет. И смотрел он так, словно я ему уже призналась в любви, и неоднократно.
Шофер открыл перед Рысьиной двери, она важно выплыла из машины и лишь тогда ответила:
– Я тоже рада, Александр Николаевич, что мы с Лизой помирились. В конце концов, не так много Рысьиных, чтобы ими разбрасываться.
– Вот именно, – воодушевился тот. – Я как раз и планировал с вами переговорить по этому поводу.
– А я-то думала, просто навестить меня решили, – ехидно прищурилась Рысьина. – А вы все по делу да по делу. Что ж, Лиза, можешь ехать. Пойдемте, Александр Николаевич.
Она медленно начала подниматься по ступенькам, всем своим видом приглашая гостей последовать за ней.
– Позвольте, Фаина Алексеевна, – всполошился Александр Николаевич, – вы хотите отправить Лизоньку одну?
Вид у него был настолько озабоченный, словно я собиралась не к Владимиру Викентьевичу, а в экспедицию на Северный полюс в компании не слишком адекватных мужчин, после чего от моей репутации останутся одни ошметки, даже если там ничего не случится.
– Не одну, а с шофером. – Княгиня застыла на ступеньках, как памятник себе. И фразу бросила так, словно это было командное указание.
Но уточнение Рысьина ничуть не успокоило:
– Это совершенно неприлично. Будет лучше, если ее сопроводит Юрий. На репутацию девушки из нашего клана не должна падать даже тень.
Княгиня повернулась и вопросительно на меня посмотрела.
– Право, не стоит, – забеспокоилась теперь уже я. – Юрий Александрович наверняка планировал принять участие в беседе, ради которой вы приехали. Не думаю, что компания шофера Рысьиных меня в принципе может скомпрометировать. Клан не принимает на работу кого попало. Поэтому не надо оскорблять работников недоверием.
Шофер оскорбленным не выглядел. Напротив, само предположение, что его компания может оказаться угрожающей для одной из Рысьиных, вдохнула в него самоуважение. Во всяком случае, выглядеть он стал лет на пять моложе, а плечи горделиво расправились. Или это он так показывал, что с ним мне ничего не страшно?
– Лизонька, – укоризненно сказал Юрий, – я полностью доверяю ведение переговоров отцу. Мне в радость проехаться с тобой, тем более что у меня остались незавершенные дела в городе.
– Очередная дуэль? – не удержалась от подколки я, памятуя, как закончилась предыдущая.
– Лизонька, мне отрадно, что ты обо мне беспокоишься, – воодушевленно выдал Юрий.
Рысьина пренебрежительно фыркнула, опередив меня буквально на долю секунды. Теперь это было бы подражанием, поэтому я удержалась от высказывания своего мнения таким удобным способом.
– Юрий Александрович, вы уже слишком взрослый мальчик, чтобы я о вас беспокоилась.
– С вами, Лизонька, невозможно спорить. – Как-то незаметно Юрий уже приблизился ко мне и даже ухватил за руку, намереваясь к ней приложиться. Идея была так себе: обветренная кожа после обслюнявливания мне не нужна, поэтому руку я выдернула и быстро убрала в карман, что не помешало поклоннику не слишком разочарованно продолжить: – Вы удивительно разумны для вашего нежного возраста. И все же позвольте заниматься вашей безопасностью старшим.