Сейчас, впервые за долгие годы Керн позволил глупым беспочвенным надеждам взять верх над здравым смыслом. Вопреки опыту прожитых лет и скептическому складу ума, не верящему в чудеса, сердце бешено заходилось внутри, норовя вырваться из грудной клетки, и обвитый плющом двойник на предплечье вторил своему собрату ощутимой пульсацией.
Прибыв на Пику, Бастиан зафрахтовал гида с хитроватой улыбкой и ржавым пикапом. Почувствовав легкие деньги, местный с нарочитым энтузиазмом вызвался показать приезжему островные красоты. Цена за экскурсию была завышенной, проводник не вызывал и капли доверия, а чихающее и коптящее авто явно считало, что отправляется в последний путь. Все это не имело значения — тату, не напоминавшее о себе весь перелет, разве что не срывалось с кожи от радостного предвкушения. То и дело перескакивая с корявого ломаного французского на свистящий язык нации мореплавателей* (имеется в виду португальский) проныра от туризма деловито отрабатывал полученные евро, катая заказчика по маленьким деревенькам на побережье, здесь, вдали от большой земли, гордо именуемым городами. Час спустя, когда доктор Керн уже откровенно терял терпение, в пятый раз сунув под нос водителю смартфон с координатами искомой точки, на горном серпантине, ведущем к потухшему кратеру, татуировка на предплечье ожила, запульсировала, прогоняя невидимую кровь, затрепетала листьями плюща под свежим ветром высокогорья.
— Туда! — махнул Керн в сторону едва заметной грунтовки, уходящей в глубь лавровой рощи.
— Ньо, сеньор! — эмоционально всплеснул руками гид, не думая останавливаться. — Частная территория!
— Стой! — Бас резко схватил водителя за руку, пикап опасно вильнул к краю обрыва и, громко чихнув под протяжный скрип тормозов, встал на обочине. Переднее колесо выступало над бездной, сквозь грязные окна открывался прекрасный вид на городок в лагуне, а вцепившийся в руль, белый, как полотно, гид перемежал молитву всем богам смачными португальскими ругательствами. Не обращая внимания на провожатого, едва убедившись в безопасности выхода, Керн выскочил из машины и, сбиваясь с быстрого шага на бег, ринулся по дороге в чащу. Следом за ним, виртуозно матерясь и чертыхаясь, рванул разозленный гид.
— Сеньор, туда нельзя! — прорывалось сквозь возмущенное непотребство тирады на португальском. — Частная территория! Пять уровней защиты! Вооруженная охрана! Посадят в тюрьму, сеньор! И вас, и меня… — последние слова прозвучали с жалобным придыханием.
Запыхавшись и тяжело дыша, водитель скрючился в тени лавровых деревьев, уперев руки в колени и обреченно наблюдая, как чрезвычайно резвый турист не по годам споро седлает невысокие деревянные ворота. «Проезда нет!», «Штраф за нарушение», «Въезд только по пропускам» и другие запрещающие таблички и надписи на большинстве мировых языков плотно облепляли выкрашенные свежей краской створки. На одной из них, болтая ногами в полуметре над землей, точно деревенский сорванец из старинного фильма, сидел светило мировой хирургии доктор Себастиан Керн. Два горячих сердца Баса пылали жаждой продолжить эскападу* (взбалмошная авантюрная выходка), но мозг уже зацепился за услышанное, и серые глаза внимательно впились в бледное от страха и непривычных физнагрузок лицо сопровождающего.
— Откуда знаешь про охрану и уровни защиты? — внутренний врач Себастиана на автомате поставил диагноз и прописал задыхающемуся от десятиметровой пробежки диету, режим дня и смену деятельности.
— От бывшей жены старшего брата матери, — с готовностью, но все еще хрипло от сбившегося дыхания, сообщил гид. — Тетя Инеш работа в замке на вулкане.
— Где работала? — Керн перекинул ноги обратно, ловко спрыгнул на землю и подошел к выдохнувшему с явным облечением водителю. Сумасбродный турист больше не выглядел сумасшедшим одержимым и явно не собирался совершать глупости в ближайшее время. Удовлетворить любопытство приезжего показалось мужчине наименьшей из возможных зол. Махнув в сторону скрытой за верхушками лавровых деревьев вершины дремлющего вулкана, гид попытался вернуть голосу привычный показательно-бодрый тембр опытного экскурсовода:
— Еще в середине прошлого века земли с этой стороны пика скупил какой-то эксцентричный богач с материка. Старики поговаривали, что расплатился он кровавым золотом, а сам был то ли астрологом, то ли наркологом самого Адольфа* (имеется в виду Адольф Гитлер).