- Пока не знаю, - пожала плечами Хина. - Надо будет связаться с дядей. Сделаем контакт с ним первым пунктом нашего плана по выходу из положения без помощи партизан.
- Как я понял, дорогая, остальная часть плана сводится к одному: будем отсиживаться в доме твоей тетушки, пока Зоршха не свергнут. Так?
- Ну я еще хочу за это время с помощью базы данных Академии архитектуры разобраться в смысле знаков, появляющихся на Гиперборейской Скрижали при ее активации. Аналитические способности академического суперкомпа намного превосходят возможности Библиотеки.
- Думаешь, тебя еще не отрезали от Академии?
- Я помню пароли коллег. Буду контактировать с суперкомпом Академии под их именами.
- А мне в твоем плане отводится более чем скромная роль - не путаться под ногами?
- Не дуйся, Даня. Неужто тебе понравилось грабить оружейные склады?
- Останься мы у Фрица, у нас был шанс оказаться на гребне революционной борьбы. После переворота народ оживился. Оппозиция - а к ней теперь можно отнести каждого второго - объединяется, а значит, партизаны вполне вероятно скоро станут реальной властью в городе и легализуются. И тогда вместе с ними сможем легализоваться и мы - примкнувшие к партизанам "академики". Нам даже не придется менять имен и фамилий - наши дела закроют и, возможно, даже извинятся перед нами.
Хина рассмеялась, чмокнула мужа в щеку и, давясь от смеха, проговорила:
- Извинятся, денег дадут, накормят-напоят, покатают пьяными на комитетских бронемобилях и дадут билеты на ежегодный бал полицейских в "Сиамских Близнецах". Готовь фрак, Даня! Будем венский вальс на паркете выписывать!
- Хорошо, Хина, чем мне, по-твоему, заниматься в Жуковском?
- Ты там сможешь заниматься своей диссертацией. Чего тебе еще надо?
План супруги показался Даниилу слишком эфемерным. Но спорить с ней он не стал и лишь выразил надежду на то, что Далям не придется отсиживаться в тетушкином доме до тех пор, пока Зоршх не умрет от старости...
3
Миновав трущобные кварталы, где их пару раз попытались ограбить, сильно уставшие от длительной ходьбы Дали наконец оказались в Жуковском.
Пройдя яблоневый сад, заросший крапивой и чертополохом, супруги ступили на веранду дачного домика тетушки Бони, стоящего пустым после гибели хозяйки, и остановились перед запертой на замок дверью.
Хина не раз бывала в гостях у тетушки и знала код к замку двери ее дома. Поэтому наша героиня без труда открыла эту дверь.
Что любопытно, перед этим Хина, не раздумывая ни секунды, решительно сорвала с двери полицейскую печать. Еще несколько дней назад одна только мысль о таком правонарушении привела бы диссертантку в ужас. Но сейчас она была готова на гораздо большее, справедливо полагая, что к расстрелу ее могут приговорить только один раз.
Супруги вошли в дом. Смыли с себя грим, скрывавший их лица от объективов уличных полицейских видеокамер и взглядов встречных людей. Наскоро перекусили принесенными с собой продуктами. И легли спать.
Едва живой от усталости Даниил, как только коснулся головой подушки, тут же испытал необыкновенное чувство покоя и умиротворения.
"Вот так бы всегда", - подумал наш герой, засыпая.
И приснилась ему... собственная диссертация. Только почему-то содержание ее страниц стало совершенно другим, словно написанным Ширинкиным и его боевыми товарищами.
Так, например, высказывание: "Эволюция внутрибюрократического синтаксиса аннигилировала его объективную семантику ", - было заменено: "Чинуши нам своим базаром все мозги проели".
А вместо: "Реактивность плебса не ограничена популистскими резолюциями реальных и номинальных подстрекателей ", - стояло: "Чо б там ни мололи с трибун, а большому мочилову быть!"
ГЛАВА 3. СОЖРЕТ И НЕ ПОДАВИТСЯ
1
Став губернатором Павел Кваша не стал переезжать из мэрии и работал в прежнем кабинете, пользуясь услугами своих прежних сотрудников.
Именно сюда, в мэрский кабинет, Кваша вызвал Сержа Полянского для серьезного разговора. Оный, по плану Кваши, должен был расставить все точки над "i" в отношениях между губернатором Уральского региона и местным руководителем Управления Комитета федерального террора.
Беседа Кваши и Полянского началась с короткого обмена приветствиями и пространного отчета Сержа о "мероприятиях, проведенных в рамках расследования причин массовой гибели людей при разрушении зданий ВНБ".
- Я ничего не понял, голубчик, - произнес Кваша, выслушав доклад Сержа. - "Обыски", "наружное наблюдение", "поисковые программы в Глобальной информационной сети", "проверка подозреваемых", "исследование вещественных доказательств" - это все шелуха.