- Полный бред, - достаточно трезво оценила итоги личного литературного творчества Хина, отправляя письмо на адрес Кваши. - Надеюсь, дядя меня поймет.
Диссертанты сели на диван и стали ждать ответа.
Он пришел через полтора часа.
Кваша ответил Хине только одним предложением: "Я попытаюсь сделать все необходимое, голубушка, ты только береги себя и не горячись".
- Ну вот, видишь, как все просто, - сказала мужу обрадованная Хина. - Эх, жаль я не смогла раньше толком поговорить с дядей. Может, тогда бы нам не пришлось тащиться с Фрицем в "Арсенал-2"?
- Пока оружие из него не перекочевало оттуда к правозащитникам, они бы нас с тобой, Хина, никуда не отпустили. Я вообще удивляюсь, как это Фриц нас так спокойно дал нам свободу, да еще оставил нам Гиперборейскую Скрижаль. Видимо, он настолько обрадовался удачной операции, что забыл про свои планы использовать Скрижаль в войне против своих врагов.
- Или побоялся, что она разнесет на кусочки его бункер, - предположила Хина. - Итак, Даня, я сделала главное - дала весточку дяде. И он теперь будет играть на нашей стороне. Поскольку новому режиму мы ничего плохого не сделали, то вероятно устроенная за нами охота - следствие недоразумения. Мы вполне достойны помилования. Как борцы со свергнутой властью мы может рассчитывать на получение бонусов от нынешних правителей.
- Зачем тебе тогда эта канитель со Скрижалью? - недоуменно спросил Даниил. - Ведь ты можешь с ее помощью натворить таких дел, что даже мои "преступления против государства" на их фоне покажутся детскими шалостями жаждущей разорвать тебя на куски публике.
- Я же тебе обо всем об этом недавно говорила.
- Я тупой, мне надо по несколько раз объяснять.
- Никто, будучи в здравом уме, сейчас не станет использовать Скрижаль.
- Согласен.
- И только лет через десять-пятнадцать исследователи рискнут воспользоваться ею, тщательно изучив перед этим каждый ее атом и проанализировав все возможные последствия использования гиперборейских артефактов.
- И правильно сделают.
- А теперь подумай, насколько высок будет мой авторитет среди специалистов, после того, как я научусь пользоваться Скрижалью? Я и она будем как бы одним целым в глазах научного мира. Вот почему я должна подчинить себе Скрижаль, несмотря на то, что у меня нет для полноценной работы с ней ни богатырского здоровья, ни ментальной силы. Возможно, придется привлечь к работе плюсмутанта.
- Ну не знаю. Лучше бы ты все-таки оставила артефакты в покое. Неизвестно, чем игры могут закончиться с ними.
- Ничего ты не понимаешь, Даня.
- Спорное утверждение.
- Чем больше я буду знать о Скрижали, тем больше будет моя ценность. Если мы прорвемся со Скрижалью на Сану, то там я должна буду по крайней мере неделю что-то говорить о своей находке, чтобы меня восприняли как специалиста по гиперборейским артефактам, а не как не чистую на руку тетку, просто спершую их с Земли.
- Я очень боюсь за тебя, Хина. Я ужасно перепугался, когда тебя накрыло в туннеле. Ты б себя видела - ноги подкосились, зрачки на лбу, лицо, как у покойницы. Думал, ты нежилец. До сих пор выглядишь не лучшим образом... Но, может, ты и права. И если тебе нужен человек с экстрасенсорными способности, что ж, зайдем к нему. Только давай сегодня отдохнем: никаких дел, только выполнение супружеского долга. Идет?
Хина расхохоталась и кивнула.
3
Ответ Кваши внушил супругам Даль надежду на благоприятный исход выпавших на их долю злоключений. И дальнейшая судьба диссертантов виделась ими сейчас в весьма радужном свете.
Даниил отложил в сторону врученный ему при прощании Фрицем словарь жаргона - потрепанную брошюрку под претенциозным названием "Как говорят правильные пацаны", которая должна была, по мнению вождя правозащитников, "научить базарить по-человечески" диссертанта.
Впрочем, Даниил был немного огорчен тем, что его приключения подошли к концу. В рядах партизан наш герой впервые почувствовал себя творцом истории, той истории, которую изучал по фильмам, текстам и музейным экспонатам.
Однако на самом деле, приключение Даниила еще только приближалось к своей кульминации.
2
Плюсмутант Сыч очнулся от транса. Открыл глаза. Согнал со щеки сидевшего на ней подвального комара. И убежденно произнес:
- Да, она скоро придет.
На его голос никто не откликнулся. В большом зале уже давно не работавшего центра инкубации, кроме плюсмутанта не имелось ни единой живой души...