- Ну и чо, "классические земляне", мы будем кумекать насчет новой заморочки? - спросил Фриц у членов ЦК.
Предложений не поступило. Будущее истребление плюсмутантов никого особо не взволновало, поскольку таковых в рядах партизан не имелось.
Тогда Фриц высказался сам:
- Как пить дать, Конвент впряжется за мутиков, коли их начнут мочить. Они ведь там, на Сане, нехило поднялись со своими способностями. Значит, надо с Кордонной эскадрой переговоры замутить. У нас есть космический катер в Черном ущелье. На нем можно смотаться к ближайшему корвету Эскадры и побазарить с ихними пацанами насчет совместной войны с Зоршхом. Даниил, хочешь туда слетать? Возьмешь Хину с собой. Побазаришь с адмиралами. А потом, может, уговоришь их и сможешь оттуда прямо на Сану махнуть. Ну как, а?
Даниил вопросительно посмотрел на Хину.
Та отрицательно помотала головой и ответила мужу взглядом, в который постаралась вложить мысль о том, что интуиция подсказывает диссертантке наличие в предложении Фрица какого-то подвоха.
- Нет, товарищ Ширинкин, мы останемся тут, - отказался от предложения вождя правозащитников Даниил.
Он прочитал взгляд супруги по-своему: мол, негоже нам с тобой, Даня, бросать родину в беде, имея возможность хоть чем-то помочь ей.
- Раз уж мы с женой ввязались в войну, - продолжил диссертант, - то будем сражаться до тех пор, пока к власти не придут те, кто покончит с творящимся на Земле беззаконием и даст: народу - нормальную жизнь, а нам с Хиной - амнистию.
В отличие от супругов Даль почти все члены ЦК выразили желание поучаствовать в переговорах с Кордонной эскадрой, поскольку видели в Унии потенциального союзника в борьбе против диктатуры Зоршха.
Фриц отправил решивших заняться дипломатией членов ЦК в Черное ущелье, сокрушаясь, что сам не имеет времени слетать с ними на встречу с представителями Унии.
На том заседание и кончилось.
3
А через час верховный вождь приваловских правозащитников - будучи в изрядном подпитии - ввалился в комнату супругов Даль и со смехом рассказал им, что никакого катера в Черном ущелье не было и в помине.
Там переговорщиков ждала ликвидационная команда из особо преданных Фрицу бойцов в главе со Шпоном. Они без лишних слов расстреляла всех прибывших туда членов ЦК.
- Вот так я, блин, пошутил с предателями, - закончил рассказ Фриц. - Теперь у нас будут выборы нового состава Центрального комитета. Надеюсь, разберемся без пальбы. О! Даня, хочешь стать членом ЦК?
- Ни в коем случае! - вырвалось у Даниила, до глубины души потрясенного коварной расправой вождя правозащитников над собственными соратниками.
- По-шу-тил?! - воскликнула Хина, наградив Ширинкина наполненным негодованием взглядом.
- Понимаешь, Хина, это-о... гм... это как бы особый такой юмор, - пояснил Фриц. - Это, типа, блин, наш партизанский юмор.
- Ну и шуточки у тебя, вождь! - вознегодовала Хина, вспомнив, что и им с мужем тоже предлагалось лететь в Черное ущелье.
- А в чем юмор-то? - не понял Даниил.
- Какое время, такие и шуточки у нас, у "традиционных людей", - проворчал Фриц, теперь и сам понявший, что ничего смешного в ситуации нет. - Я ж не могу, как какой-нибудь мутант-телепат, в чужие мозги залазить и заставлять боевых товарищей не быть падлами. Вот, блин, и приходится орудовать по старинке - разводить да накалывать. Братва оборзела и на меня, на вождя, наезжать стала. Такие наезды надо гасить сразу, иначе развал пойдет по всей нашей революционной армии. Я разобрался с бузотерами без всякого кипиша и пальбы в потолок. Короче, проехал на одних понтах. И в том весь мой командирский юмор.
- Ха-ха-ха, - язвительно произнесла Хина и начала отчитывать Ширинкина за затеянную им провокацию, которая могла завершиться гибелью Далей.
А вот Даниил, как ни странно, ничуть не обиделся на Фрица.
Он для нашего героя являлся исторической личностью, к которой нельзя подходить с мерками обычной морали. Диссертант был уверен, что рано или поздно члены ЦК убили бы Ширинкина. И для Даниила расправа Фрица над членами ЦК была естественным ходом лидера в его борьбе за власть с соратниками, пытающимися ее у него отобрать.
"Если провести аналогию между Фрицем и Цезарем, то Фриц оказался намного расторопнее Цезаря, - подумал Даниил. - Цезарю понадобился Рубикон, чтобы окончательно определить свою позицию к бывшему союзнику по триумвирату, потом были битвы и предательское убийство Помпея в Египте. А Фриц не стал мудрить и все заморочки с ЦК решил сразу в Черном ущелье. Теперь император правозащитников, конечно, соберет более преданный ему партизанский сенат. И почему-то я уверен, что брутов среди новонабранных сенаторов уже не будет".