Иркутск
Единственной целью экспедиции стал поиск места с ясным небом и чистым воздухом, без пепла и пыли, летящих с неба. С ярким светом солнца, освещающим всю землю.
Глава сибирского отдела религиозной миссии Дмитрий Быков рассматривал отчеты о прибывших группах беженцев в иркутский лагерь. В его задачу входил поиск группы для нового проекта миссии. Из аморфной группы беженцев планировалось создать племя, клан, который возглавит процесс возрождения цивилизации из пепла войны. Беженцы прибывали стихийными волнами, без организации и явных лидеров. Поиск харизматичных вождей и объединение разрозненной человеческой массы было делом неблагодарным. Для Быкова настоящим подарков судьбы было известие о прибытии в лагерь крупной организованной группы беженцев, да еще из арктического города. До сих пор, Быков думал, что все население Арктики погибло вместе с городами.
Помощник, сообщивший новость, начал пересказывать все, что было известно о группе.
— Ну что, — Белов в азарте потер руки — думаю, нам надо познакомиться!
На следующий день, по дороге из Якутска, прибыла колонна машин. Встречала колонну из Полярного делегация, которую возглавлял начальник службы безопасности.
— Троицкий Геннадий Сергеевич — представился он.
— А где остальное руководство?
— Все остальное руководство погибло в ходе диверсии. Вы можете разместиться в лагере.
Лагерь беженцев насчитывал более пятидесяти тысяч человек. Кроме русских, здесь жили корейцы, китайцы, японцы. Лагерь производил гнетущее впечатление. Грязь, мусор, слякоть, пищевые отходы, пластик и нечистоты окружали жилые палатки и автомобили беженцев. Деревянные доски, набросанные между палаток, создавали видимость возможности прохода по ним. Некоторые беженцы умудрились завести мелкую домашнюю живность для пропитания, которая впрочем не спасала от голода. Город не мог обеспечить новые волны беженцев пропитанием и медицинским обслуживанием. В таких условиях в лагере развились инфекционные болезни. Проживание здесь становилось опасным.
Ларинов, Пархоменко, Ерофеев осматривали лагерь и пытались оценить, время, на которое в нем можно остаться.
На встречу шла группа людей. Ларинов завязал разговор. Начали обсуждать условия жизни в лагере, планы. Кто-то обронил, что бог не оставит своих детей в беде.
Ерофеев, стоявший позади Ларинова, подошел к заговорившему о боге, резким движением разорвал ему куртку, сорвал с шеи цепочку с крестиком. Все от неожиданности опешили:
— И где твой бог? — громко на всю улицу спросил геолог, держа крестик в огромном кулачище и тыча им в лицо владельца крестика — А я тебе скажу, где. Твой бог мертв. Причем давно.
И с яростным остервенением бросил крестик в лужу. Человек, у которого Ерофеев забрал крест промолчал, наклонился и стал искать свою вещицу в грязи. Ерофееву спокойствие, с которым прореагировал верующий не понравилось. Рывком, как нашкодившего котенка, поднял человека и посмотрел ему в глаза.
— Брось его искать!
— Эй, эй, прекрати! — Ларинов поспешил извиниться — Я не знаю, что на него нашло.
Пархоменко с трудом оттащил великана геолога.
— Кстати, раз мы заговорили о религии, предлагаем посетить наше религиозное сообщество. — заговорил лидер группы — Мы будем очень рады видеть вас.
— Мы не религиозные люди — Ларинов хотел отказаться — Наша группа ищет место для создания нового сообщества. Не более.
— Вы думаете в этом аду — Белов развел руками — вы сможете начать жизнь заново? В любом, случае приглашаем к нам.
Белов был абсолютно уверен, что несмотря на первоначальный скепсис, Ларинов прибудет на инициацию. Причин своей иррациональной убежденности он не понимал.
После странного диалога, Ларинов пожал плечами, попрощался с группой сектантов и продолжил осмотр лагеря. Его помощники вернулись к своей колонне. Он уже забыл о диалоге, когда перед ним так же внезапно, как и в прошлый раз, появился буддийский монах.
— У тебя дурная манера появляться внезапно — Ларинов понял, что у монаха бессмысленно спрашивать, кто он и чего хочет.
— Ты забыл о недавнем разговоре.
— С сектантами?
— Завтра тебе предстоит испытание. Я помогу пройти его. Возьми с собой двух помощников.
Ларинов не стал перечить монаху. На следующий день, вместе с Пархоменко и Ерофеевым, отправились к месту, указанному Беловым. По прибытии, Пархоменко остался в вездеходе, а Ларинов вместе с Ерофеевым пошли ко входу в пещеру, где планировалась встреча сектантов. За всю свою жизнь, в силу своего характера, склада ума и инженерного образования, Ларинов не принимал возможности существования сверхъестественного, но в последние месяцы в нем поселился червь сомнения, который постепенно подтачивал его веру в рациональное объяснение мира. Сначала объяснял это стрессом, в котором живет вся экспедиция. Теперь, перед входом в таинственную пещеру, вся дорога сложилась в его сознании в одну линию, которая вела именно в эту точку пространства и времени, как нить Ариадны, указывающая выход из лабиринта. Ларинов отбросил все сомнения, и пошел ко входу в пещеру. Ерофеев следовал за Лариновым из охотничьего азарта. Ему было жутко любопытно, чем закончится вся эта история.