- Проведем обыск и спецназ нам поможет.
Олигархи не желали досмотра, слышались жалобы, обещания дойти до президента.
Полковник старался быть вежливым, но Кинжал перебил его.
- А с чего он командует! Если мы в другой вселенной, то власть солдафона кончилась. Нам нужно избрать другого лидера, может быть президента.
Хинштейн рявкнул:
- Я предлагаю провести тайное голосование.
Полковник насупился:
- Тут нужна твердая рука.
- Но не военного, но штатского. Как говорил Наполеон Бонапарт - война слишком серьезное дело чтобы доверять ее генералам. - Завершил сенатор.
- Так значит вы будете терпеть убийство, за убийством и перегрызетесь как волки.
- А чего ты хочешь! Если покончить с хаосом то наши мнения едины. - Сенатор Хинштейн стал в позу. - Я самый высокопоставленный по статусу, мне и быть президентом. Кто за голосование.
- Все! - Послышался дружный крик.
- Тогда приступаем!
Полковник хотел было применить силу, но у бизнесменов тоже были охранники, дело пахло кровью. Кроме того он военный служака, а не маленький Пиночет. Замочить Хинштейна и особенно Кинжала это соблазнительно, но как-то слишком уж не законно.
- Приступайте к процедуре если вам от этого легче.
Времени на тайное голосование не было и выборы прошли правда в два тура.
В финале дрались Хинштейн и миллиардер Бруматов. Победил как и следовало ожидать сенатор Хинштейн. Затем выбрали премьера. Кинжал неожиданно взял самоотвод и победил Бруматов.
На пост министра обороны неожиданно для полковника выдвинули его самого.
- Кто за кандидатуру Ивана Волкова? - Объявил Лазарь Хинштейн.
Подержали почти единогласно.
Старший следователь по особо важным делам Кабанов стал министром внутренних дел. В целом все прошло относительно мирно. Разве что темпераментная Ангелина, бесцеремонно и страстно поцеловала Хинштейна.
- Сегодня ты президент, а завтра царь.
Тот слегка смутился:
- Нет, царизм устаревшая форма правления. Самый лучший выборная демократия. Это главное завоевание. И теперь я президент и предлагаю по этому случаю хорошенько выпить.
Хинштейн впрочем и так не был трезв, его шатало. Бизнесмены с энтузиазмом подхватили:
- Еще по рюмочке.
Полковник, он же Иван Волков отвернулся:
- Это ваше право, но не пора подумать о посадке, мы ведь не можем вечно летать.
- А вот это уже нас не касается. Гуляют все!
Волков отвернулся и направился к железной двери. Скорость экраноплана упала, приборы за окном показывали давление даже чуть выше нормы, а также отсутствие вредных примесей. Можно выйти прогуляться по палубе, с ним направилось несколько бойцов. В лицо подул теплый сильно насыщенный озоном и кислородом воздух. Немного пьянило. Лейтенант отметил:
- Замечательно, я еще никогда не дышал столь богатой атмосферой.
Волков подошел к краю перегнулся. Внизу облаков не было только плавно шевелились какие-то существа. Полковник поднес к глазам бинокль и стал увеличивать изображение.
Это были насекомые очень похожие на земных бабочек, только их крылья еще изящнее похожие на снежинки с диковиной раскраской. А вот и сама земля оно была покрыта густым ковром напоминающим страшно далекое море и очень красивые, сложных форм кувшинки. К нему подошел мальчик-робот.
- Какой замечательный вид, на Земле даже над тропиками нет такого большого количества красок, оттенков, видов излучений.
- Да я тоже поражен, странный мир, может это даже иновселенский рай.
- А может все мы погибли и оказались на том свете.
- Не исключаю, только не в одной религии в Вирий не доставляют на ракетопланах.
- Даже в Библии не описано подробно как подают праведники в рай. А на счет ада, то вот Свидетели Иеговы в него не верят. - Заметил робот.
Подошедший сзади отец Сергий перекрестился и произнес:
- Ад это реальность, точнее геенна огненная. Есть три состояния рай и Лоно Аврамова, там пребывают немногие святые и праведники, большинство идет в шеол, там их души отмаливают святые и родственники, а самые безнадежные грешники в ад или геенну огненную.
- А дети? Ведь правда, все в рай! - Заявил Юра.
- Нет только крещеные в православной или католической церкви.
- А если он мусульманин.
- Тогда возможны разные вариант. - Священник замялся.
Черное лицо свидетеля Иеговы расплылось в улыбке.