- Хорошо я тоже! Если бы ты знал какая ты для меня лучистая.
- А ты дороже квазара. Знаешь у меня скоро будет ребенок.
- От нас троих?
- Да! Мы придумаем ему название.
Алерр кивнул, он не знал еще шутит Дилесс или говорит правду.
Одна из самок-пиратов пристроили на коленях куклу, потискала ее, раздался визг. Другая что-то напевала. Самец сидящий справа и похожий на полосатого жучка с челюстью саранчи жевал жвачку, другой курил, обратившись к соседу.
- А правда что приматы и эльфы спариваются каждый день.
- Да это всем известно!
- Но наверное и удовольствия ощущают больше чем мы.
- Не думаю, у нас хоть редко, зато сразу три, а у них часто и только с двумя.
Дилесс вступила в разговор:
- Я смотрела их фильмы, так там человеческая самка любила двух мужчин одновременно.
- Клево! У них что самцов вдвое больше чем женщин.
- Нет! Примерно одинаково, просто женщине с двумя вдвое приятнее.
- Приматы не всегда нам понятны, хотелось на них посмотреть вблизи.
- Это как животные в зоопарке не впечатляют.
Мох возразил:
- Ведь отличии от зоопарка, пленников можно заставить выполнять наши капризы.
- Какие например.
Мох хотел ответить, но тут прозвучал сигнал:
Идет посадка!
Приземление получилось плавным и пираты высыпали наружу.
Перед ними был крупный средневековый город с высокими стенами и башнями. Стены почти белые с легким розовым оттенком.
В полете Фрикасе рассматривал Пайхио. Улицы чистые, ухоженные водосточные канавы, видно как рабы в основном подростки метут улицы. Их подгоняют щелкая кнутами надсмотрщики. Скачут ящерицы с двенадцатью лапами, а также просто кони, сытые, ухоженные. Еще один вид транспорты это крупные коты, они распускают три своих хвоста и мурлычут. Рабы как ни странно их бояться, стараются отпрыгнуть подальше. Есть ли тут эльфы пока невидно. Королевский дворец имеется, он велик, роскошен и ухожен: Значит быть богатой добыче!
- Еще шесть со стороны реки высадить катеров-модулей никто не должен уйти! - Заявил он.
- Будет исполнено! - Заявил адъютант.
Теперь все стало гораздо веселее шла игра - захвати и гребани!
В королевском дворце выстроенном в древнем восточном стиле все было довольно спокойно. Король Фу-фу пятый принимал герцога Бэра и графа Фита.
Они обсуждали последние события границе.
- Давно пора прижать надоевших нам кочевников. - Заявил король Фу-фу.- Но я не могу бросить против них все войска пока мега-герцог Труфал висит у меня на фланге, и копит силы.
Герцог Бэра крутанул рукой ус:
- Это и для проблема, в частности наемники Труфала месяц назад разграбили у меня два селения, сожгли склад и угнали в рабство несколько сотен подданных. Мы попытались совершить ответный рейд, но мои войска нарвались на засаду, я потерял пятьсот человек убитыми.
Король Фу-фу наклонил голову и затянулся кальяном.
- Да это грубая выходка и что мы такое стерпим.
- Я подозреваю что он нанял эльфа-мага.
Король подскочил:
- А что весьма вероятно. Только что я договорился с одним чародеем эльфом что беру в жены его дочь в обмен на помощь.
- Это отлично! - Заявил герцог Бэра.
- Только я в ответ должен свою жену номер один вы ее знаете Гринету сослать в рабство.
- И как он посмел предложить такое.
- А я подумал и решил согласиться. Это был бы сильный ход.
Граф учтиво поклонился:
- Ваша готовность к самопожертвованию потрясает.
- А Гринета мне надоела. Скандалит хочет мною руководить. Пускай помашет молотом, может поумнеет.
Тем временем бывшую королеву раздели донага, ощупали как породистую лошадь, подергали за соски, заставили раздвинуть ноги, сунув в лоно нечистые пальцы. Ее продавали как последнюю рабыню за двадцать золотых и не для гарема, а просто работать к каменоломни. Удовлетворив любопытство новый хозяин кинул опальной королеве кусок рваной грязной ткани едва прикрывший бедра. Затем ее руки сковали сзади и босую, почти голую повели на площадь. Королю очень хотелось дополнительно унизить свою жену, выставляя ее нагое тело на всеобщее обозрение.
Рабы выли и кричали. Подростки смеялись, некоторые даже плевали в бывшую королеву. Невольники были рады лицезреть унижение жены всемогущего властелина. Гринета тряслась от гнева, она пробовала разорвать оковы, но лишь получила кнутом по обнаженным ногам и спине.
Девушка вскрикивала по ее еще недавно прекрасному, а теперь искаженному болью лицу текли соленые слезы. Она бросала растерянные взгляды, ни одного сочувствующего, люди похожи на зверей, скалятся на одних мордах написано злорадство, на других откровенная похоть, а она не может даже прикрыть скованными руками нагую грудь.