Реальность 1: они застряли в прыжке-копировании из-за поломки, непредвиденной и пока не объяснённой.
Реальность 2: они находятся вне пространства и времени, по их предположению в гиперпространстве. Они «здесь» до тех пор, пока не найдут выхода, или домой, или в другую точку вселенной Евклидова пространства.
Реальность 1: они были не знакомы, только Бьюйк и Файет вместе учились. Познакомились на первой Ступени обучения через общую знакомую Амюяж и очень часто пересекались на Ступенях Практики. Были в отношениях эквивалентных дружбе. Позже в Ступенях Реализации, находясь в отношениях: начальник – подчинённый, не утратили своей дружбы, но укрепили её.
Реальность 2: они были не знакомы до миссии, только Бьюйк и Файет знали друг друга до полёта с первой Ступени обучения.
Реальность 1: они совершали прыжки довольно часто и раньше. Это была их очередная научная экспедиция.
Реальность 2: они ввязались в авантюру, которая может стоить им жизней. Бьюйку и Файету нечего было терять. Они уже потеряли самое дорогое, женщину, которую безумно любили. А что было терять кроме жизни всем остальным? Алан никогда не думал об этом, но ему точно было нечего терять. Для всего экипажа – всё уже случилось. Все надежды и мечты растаяли или разбились. Только научный интерес, движение к открытиям и желание принести пользу «человечеству» заставляло стучать их сердца.
Реальность 1 и реальность 2 смешались, и он перестал помнить и понимать, которая из них была сном, а которая была его реальностью.
Алан слегка заблудился в своём сознании.
Теперь память по-настоящему возвращалась к нему. Не та иллюзия, которая по непонятным причинам и неизвестным образом оказалась в его сознании, а та реальность, которая ею и была. Реальность, которую он переживал, чувствовал, видел, трогал, вдыхал.
Спорные чувства вновь разыгрались в нём. Другую реальность в своём сознании он также осязал, видел и слышал, и её реальность была не менее реальна. Настал тот момент, когда стоило спросить у других, какую из реальностей помнят они. Но была и другая возможность это выяснить – сам визитор должен быть свидетелем определённой реальности и в его лаборатории, в «моторном» отсеке, в бортовом журнале миссии должны быть ответы.
Их визитор был невелик, немногим более десяти отсеков, соединённых коридором, если не считать рубки и «моторного» отделения. В другой реальности не было никакого моторного отсека, а был реактор малого действия, который приводил в действие двигатели, которые генерировали электромагнитный импульс, звуки и вибрации, способные перенести живое и предметы в гиперпространство. Для перехода нужен был «наблюдатель», как внутри, так и снаружи. Снаружи координаторы проекта, изнутри – исполнители проекта. И это случилось.
С тех пор, как первооткрыватель запустил свой первый аппарат с крысой, прошло уже несколько лет. И вот это случилось вновь. На этот раз с людьми на борту.
Само перемещение было задано с возвратом перемещаемых через несколько секунду, но это время для наблюдателя снаружи. А что же происходило с перемещением для наблюдателя изнутри.
Все камеры и аудио датчики выходили из строя в момент перемещения, но не ломались, а просто переставали работать. По возвращении аппарата – свидетелем перемещения могли быть только живые биологические существа. К сожалению крысы и черепахи не могли рассказать, что видели, слышали и чувствовали в момент перемещения и возврата, поэтому пришла очередь человека. И вот они, пионеры гиперпространства.
После сеанса телепатического повествования, Алан поднялся с места.
– Бьюйк, Файет, позвольте теперь вас оставить поразмышлять, а мне нужно поговорить с Люкасом. Алан и Люкас перешли в зал для бриффинга. Биокибернолог заговорил первым:
– Алан, – улыбнулся Люкас астрофизику, – жду с нетерпением нашего разговора.
– А разговор будет не особо длинным. Но сначала вопрос: гиперпространственный прыжок, что вы об этом думаете?
– Гиперпространственный прыжок – Люкас Фен задумчиво посмотрел в никуда. – Прыжок! – повторил он спустя полминуты. – Меня скорее всего очень заинтересовал вопрос о возможностях ИИ в гиперпространстве. Наверное, поэтому я здесь. – И после некоторой паузы добавил:
– Странно, но я постоянно думаю, почему искусственный интеллект, как изобретение был создан только нашей «солнечной» цивилизацией? Почему другие цивилизации не пришли к этому. После того, как моё предложение о выделении для ИИ восьмого поколения планеты в созвездии Центавра было поддержано всеми научными сообществами одиннадцати цивилизаций, я решил, что моя миссия в отношении киберчеловека закончилась.