Наконец, я отыскал нужную комнату, но не в комнате, а в людях я нуждался в тот момент, а она оказалась пуста.
И нет, чёрт возьми, я не нуждался в утешениях. Но ради бога... Я поднял глаза и увидел белые облака, нарисованные на чёрном потолке. Я имею в виду, что не могу смириться с тем, что Мюонг – это просто планета.
Если подумать, мы можем жить где угодно ещё. Именно этого от нас хотят. Чтобы мы перестали считать чужими все эти планеты, лица, имена и всё такое. А кто они такие? — Пока я думал, я ходил вокруг, словно подогревая свою злобу. «Что здесь, чёрт возьми, происходит? Они не могут забрать нас с нашей планеты, эти полоумные ублюдки. Кто, чёрт возьми, решил, что может забирать нас из дома и изменить наше предназначение? И почему именно я? Какой в этом смысл? Ладно другие. Никто из них не был против того, чтобы стать колонистом. Все они чувствуют себя сейчас хорошо, и это отлично. Они не любили Мюонг и мечтали, оттуда свалить. Теперь они даже в комнате с табличкой "Мюонг" не хотят жить. Им видимо, больше нет никакого дела, до того, что творится там, где их больше нет, что переживают люди, которых мы знали всю жизнь и которых там оставили...»
В кармане у меня зажужжал планшет.
Кто-то пытался мне позвонить.
— привет, Бальтазар. Я только, что приземлился.— Это был голос Дока. Я был очень рад его услышать.
— привет Док! Ты что, уже здесь?, — Встав напротив окна, я увидел сноп белого света вдалеке.
— Да, я сейчас на посадочной полосе,— Я снова посмотрел на белый огонёк. Он поднялся над землёй и стремительно улетел,
— Ты что-то натворил, Бальтазар?
— что? А... я подрался,— говорю я ему. — Ясно, как твоё состояние?
— Хорошо, Док, — говорю я.
— Хорошо, Бальтазар. Передай ребятам, что я прилетел. Завтра увижусь со всеми вами.
— честно говоря, док, я не знаю, где их искать.
— Что? – Спросил док,
— Это… Знаешь, Док, я не смог отыскать их.
— Хорошо, Бальтазар… — сказал он, после паузы — Забудь пока о них. Выйди на свежий воздух. Пройдись по снегу, погляди на звёзды. Когда-то я переживал то же, что и ты сейчас. Всё в порядке, Бальтазар. Это чувство пройдёт.
— Я в порядке, Док. Спасибо.
— Помни, Бальтазар, когда будешь смотреть на звёзды. Помни — Монг всё еще есть. И всегда будет. И по твоим поступкам судят твою родину. Не падай духом. Будь сильным. Покажи из чего мы сделаны. А теперь. Я вынужден прерывать связь,
Мне нужно утрясти кое-какие бумажные вопросы. Скоро увидимся, — док отключился раньше, чем я успел с ним попрощаться.
Вновь наступила тишина. Я попытался лечь и заснуть, но у меня в голове словно пчелиный улей завёлся, и я решил пойти на улицу, как советовал док.
На улице к тому времени была уже кромешная тьма. Я шёл и шёл и не мог уйти от своих мыслей. В конце концов, я упёрся в большой высокий забор, окружающий территорию за зданием общежития. Я прижался к нему лицом и всмотрелся. Хотя было темно, я увидел, что на той стороне стоит несколько похожих на общежитие зданий. Я ещё немного прошёл вдоль забора. И нашёл ворота, они были не заперты. Мне захотелось попасть на ту сторону. Я открыл ворота и вошёл, прикрыл ворота и подошёл к одному из зданий.
Охранник меня не прогнал, поэтому я поднялся на третий этаж, нашёл дверь с табличкой "Мюонг-сити", вошёл в неё и увидел трёх старшекурсников, игравших в карты. Я сел рядом с ними и рассказал, как прошёл мой первый день, как скучаю по дому и как я чертовски измотан. Они хлопали меня по плечу, кивали, дали сыграть с ними в карты. Мы играли до поздней ночи, болтали, смеялись. В их комнате было хорошо и уютно. Потом один из них мне сказал:
"ты класный парень. Можешь оставаться здесь, сколько захочешь." Я ответил: "Спасибо, я буду приходить каждый вечер." Затем, когда глаза начали закрываться, мы выключили свет и легли в кровати. Я натянул на себя одеяло и подумал: "как здорово, что мне захотелось пойти именно сюда". Ведь это было первое место, где я мог смеяться с тех пор, как покинул Мюонг. Это было так странно, что я не мог в это поверить.