Некоторые вещи не укладывались у меня в голове. Это мешало диалогу. Приходилось надеяться на Аямэ. Он лучше понимал законы научного мира. Разумеется, я понимал, о чём рассказывал директор. Но я не мог собрать все эти события в какую-то картину.
Всё забывалось, как только я начинал об этом думать. Я просто не мог загнать все мысли в своей голове в какое-то конкретное место. Мне нужно было больше времени, чтобы осознать услышанное.
Всем нам что-то даётся лучше, а что-то хуже. Работать головой должен был Аямэ. Он знал гораздо больше, чем я. Однако он всё продолжал молчать, и нельзя было его в этом винить: когда человек слышит подобную хуйню, он может слегка растеряться и какое-то время игнорировать всё, что вокруг него происходит.
Все продолжали молчать. Чем дольше держалась тишина, тем больше у меня возникало вопросов. Я ждал, что Аямэ задаст эти вопросы за меня. Но Аямэ молчал, и Рэйчал тоже. Надо базарить, поебать что.
— У пришельцев коллективный разум? — спросил я.
— Разум отдельно взятого Властителя может выполнять функцию компонента огромной органической «печатной платы». Они обмениваются информацией между собой и ИИ. Но при этом могут и не делать этого. Каждый Властитель имеет собственную волю. Это порождает разобщённость, различие во взглядах. Они предпочитают объединяться в небольшие группы — отдельные фрагменты системы, которая работает довольно слаженно. Таким образом, их структура власти напоминает человеческую. И ощущают они свою роль в этой системе примерно так же, как люди.— Зачем им захватывать нас?
— Они считают, что у них есть дар предвидения. С их точки зрения, в будущем человечество будет представлять для них угрозу. Но это лишь их предположение. В конечном счёте, их возможности предвидения, должно быть, весьма ограничены, раз им так и не удалось нас уничтожить.
— Возможно ли создать нейроинтерфейсы для блокировки их воздействия? — наконец созрел Аямэ.
— Видите эту миску с конфетами? В них — вирус и кое-какие лекарства, которые помогут вашему организму пережить заражение. Когда вы их съедите, то заболеете, но не умрёте.
— Послушайте, — говорит Рэйчал, — это какое-то безумие. Я не могу в это поверить. Погибали студенты… — она избегает его взгляда.
— Когда они придут, вам нечего будет им противопоставить. Ваш разум будет уязвим. Упираться неблагоразумно, — сказал директор.
— Нет, я имела в виду не это. Я вам верю, но не понимаю: зачем нужно было давать вирусу убивать студентов, если были эти конфеты…
— К сожалению, нам пока не удалось наладить их стабильное производство. Но в скором времени мы это исправим.
— А как пришельцы из разного времени могут общаться друг с другом? — спросил Аямэ.
— Общение сквозь время возможно. Потоки времени пронизывают всё пространство. Однако в этом случае будущее или прошлое может быть изменено непредсказуемым образом. Властители осведомлены, как это работает, но во избежание парадоксов избегают передачи информации напрямую. По крайней мере, стараются не прибегать к этому.
— Могли ли они участвовать в эволюции жизни на Земле или в создании первых цивилизаций?
— Я считаю, что все сходства между Властителями и людьми — это своего рода мимикрия. И никакого отношения к нашему прошлому они иметь не могут.
— Могут ли они пересекать горизонт событий?
— Эх… Думаю, хватит на сегодня вопросов. Возьмите по конфете и возвращайтесь в свои комнаты.
12
Из записи пациента:
ЧАСТНЫЙ ПСИХОТЕРАПЕВТ: доктор Плим, я готов вас выслушать.
ДОКТОР ПЛИМ: можно я закурю?
ЧАСТНЫЙ ПСИХОТЕРАПЕВТ: пожалуйста, я не против.
ДОКТОР ПЛИМ: похоже, я болен, мне кажется, что за мной следят.
ЧАСТНЫЙ ПСИХОТЕРАПЕВТ: кто за вами следит?
ДОКТОР ПЛИМ: я не знаю, почти все.
ЧАСТНЫЙ ПСИХОТЕРАПЕВТ: можете объяснить подробнее?
ДОКТОР ПЛИМ: Когда я прохожу по улице, люди отвлекаются от своих дел и начинают смотреть на меня. Прошлой ночью я не мог уснуть из-за того, что кто-то подглядывал за мной сквозь жалюзи. Жена сказала, что я свихнулся, и посоветовала обратиться к вам. Её это сильно тревожит.
ЧАСТНЫЙ ПСИХОТЕРАПЕВТ: возможно, у вас развилась паранойя. У вас были проблемы с законом?
ДОКТОР ПЛИМ: нет. Я никогда не нарушал закон.