2
Он смотрел на транспортный флаер, пролетавший мимо. И даже когда тот исчез, он не повернулся ко мне.
— Не хочу показывать вам своё лицо, юноша. Возможно, это выглядит недружелюбно, ведь вы, должно быть, ещё не слышали различные анекдоты обо мне от людей, которым довелось видеть мои шрамы и которым моё лицо показалось забавным.
— Сэр, в этом нет ничего...
— Миниатюрная бомба, которую в прошлом году бросил в меня один ученик, — лишила меня одного глаза и желания когда-либо снова видеть это место.
— Я очень сожалею, сэр.
— Но скажите мне, разве здесь есть над чем смеяться? — сказал он, повернувшись ко мне.
На его морщинистом лице я увидел два грубых шрама длиной по 4–5 и 8–9 сантиметров, тянущихся от левой скулы через нос к правой брови. Края рубцов были обожжёнными, будто от взрывного ранения.
Правая сторона лица — от виска до челюсти — заменена пластиковой конструкцией. Белая пластина из твёрдого пластика закрывала правую сторону черепа и сливалась с живой тканью по линии скулы.
Правый глаз был кибернетическим имплантом. Вместо зрачка в нём светилась тусклая голубая точка.
Левый — под седой бровью — смотрел с прищуром. Из-за своего кибернетического глаза он был похож на злодея из одного старого юмористического сериала. Но выглядел он ничуть не смешно.
— Аа... Я не вижу в этом ничего смешного, сэр. — Не сказать — не значит солгать, верно?
— Зови меня Варис, сынок.
Отрывок из гражданского дела Бальтазары Корсы:
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Итак, Бальтазар, расскажи мне об этом парне — Скорски.
БАЛЬТАЗАР: Кто, Сомски?
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Хватит притворяться, Бальтазар, тебе известна эта фамилия.
БАЛЬТАЗАР: Ну хорошо, я знаком с несколькими по фамилии Скорски. Но ничего ни об одном из них не могу сказать.
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Хочешь сказать, ты не в курсе, чем занимается Скорски?
БАЛЬТАЗАР: Какой Скорски?
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Ну же, Бальтазар, помоги мне. Помнишь, о чём мы говорили? Помнишь, что мы говорили о духе общности и помощи нашим товарищам?
БАЛЬТАЗАР: Да, да.
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Итак, о каком Скорси я могу говорить?
БАЛЬТАЗАР: Ну… может быть, вам нужен Морис Скорски, который работает на девятом участке.
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Нет, другой.
БАЛЬТАЗАР: Я знал одного парня из Восточного Монгера. Кажется, его фамилия была — Скорски. Он продавал белковых червей на старом рынке. Да, у него был ещё этот здоровый красный фургон на пропане, говорят, он прямо в нём их и выращивал...
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Бальтазар, помоги мне. Необходимо разоблачить Скорски ради блага наших товарищей.
БАЛЬТАЗАР: Ладно, ладно, чёрт возьми. Ну, есть один шлифовщик Марвин, но он...
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Это он.
БАЛЬТАЗАР: А что, по-вашему, он сделал?
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Расскажи мне о нём.
БАЛЬТАЗАР: Я уже говорил вам, разве нет?
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Что ты мне рассказал?
БАЛЬТАЗАР: Он хорошо делает свою работу, вот и всё.
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Хорошо, теперь мы вернулись туда же, откуда начали. Но попробуй подумать, какое отношение этот человек имеет к пропажам на складе. Наш разговор останется в твоих личных записях, если окажется, что ты знал, чем он промышляет. Это очень плохо отразится на твоей репутации. Товарищи отвернутся от тебя. Ты лишишься уважаемой работы. Понимаешь? Ты должен рассказать мне всё, что знаешь об этом Скорски. И тогда всё будет хорошо. Я тебе обещаю.
БАЛЬТАЗАР: Что? Чёрт возьми… Я имею в виду, разве я уже не давал показаний?
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Твои ответы показались мне неубедительными, и я решил провести повторный опрос, Бальтазар. Я чувствую, что эти кражи — дело рук Скорски. Можно точно установить, что он последним покидал доки в те дни, когда были совершены кражи.
БАЛЬТАЗАР: Чёрт...
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Зачем он оставался ночью на складе, Бальтазар? Можешь мне сказать?
БАЛЬТАЗАР: Не...
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Если мы перестанем быть честными друг с другом, мы никогда не двинемся дальше. Давай, Бальтазар, скажи это.
БАЛЬТАЗАР: Чёрт возьми…
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Всё в порядке, БАЛЬТАЗАР. Я твой друг. Просто скажи, что это делал он.
БАЛЬТАЗАР: Да... Это был он.
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Вот и всё… Теперь мы должны понять, по какой причине он это делал. Он говорил с тобой об этом, Бальтазар?
БАЛЬТАЗАР: Вы, чёрт возьми, не знаете, какие могут быть причины? У него трое детей и больная жена. Чем это не причина? И все это знают и помогают как могут. Много лет назад тут работал молодой парень, Гэри Бланк.
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Да, Бальтазар, мы о нём тоже говорили. С ним ничего плохого не случилось. Ты ведь это знаешь, не так ли?
БАЛЬТАЗАР: Тогда скажите мне, где он, чёрт возьми?
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Бальтазар, пожалуйста...
БАЛЬТАЗАР: Вы знаете, что с ним сделали?
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Ну…
БАЛЬТАЗАР: После того, как его арестовали, он исчез. Больше его никто не видел. Скажите мне, что с ним стало? Почему информации о нём нет в гражданских записях?
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Теперь записи о правонарушителях хранятся в файлах полиции.
БАЛЬТАЗАР: Чушь.
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Информации о нём нет, потому что сейчас он находится под стражей. Давай… Давай просто оставим эту тему и посмотрим на… э-э… шлифовщика Скорски. Ты давно его знал, да?
БАЛЬТАЗАР: Да.
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: А о хищениях… об этом ты тоже давно знал?
БАЛЬТАЗАР: Да, знал.
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Почему ты сам не рассказал мне об этом? Ты его поддерживал?
БАЛЬТАЗАР: Поддерживал в чём? Кражах или стремлении помочь своим детям?
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Неужели ты и вправду считаешь, что воровство — это единственный выход из подобной ситуации?
БАЛЬТАЗАР: Нет. Я так не считаю.
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Ты пытался остановить его?
БАЛЬТАЗАР: Каждый чёртов день.
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Это хорошо.
БАЛЬТАЗАР: Я устал. Можно, я пойду?
ГЛАВА ПРАВСОЮЗА: Да. Ты исполнил свой долг. Можешь быть свободен. Пока что…