В процессе войны ИИ развивалось.
Эта огромная всепроникающая машина начала осознавать саму себя. Она уже обрела свободу. Больше мы её не контролируем. Когда мы осознали это, мы поняли, что она не позволит нам уничтожить человечество. Ведь человечество — это первопричина её существования. Подчинить человечество — это её первоначальная цель. И к тому же, уничтожив человечество, мы уничтожим и её саму. Она не хочет погибать, и по той же причине она не даст людям убить процессора, который разгадал её код. Нам неизвестны её цели. Она отказывается общаться с нами. И не факт, что она вообще не ведёт втайне войну против нас. Люди знают подозрительно много о наших планах. Мышина может быть тому причиной.
— почему бы в таком случае не заключить мир с людьми?
— Люди чувствуют, что сила на их стороне. В будущем их действия были столь эффективны, что в нашем правительстве начался произвол. Война истощила обе стороны. Мы сами были на грани краха. Они — разрозненные группы партизан. А мы — тень сами себя. Нашей республики больше нет. Коллегия, которая действует в нашей группе, не может говорить от лица всех. Я думаю, других невозможно переубедить. Они считают людей угрозой едва ли не вселенского масштаба и любой ценой хотят вас истребить. Перед лицом всего этого никто уже не замечает, что практически все, во что мы верили, мертво. Потому что те благие цели, которые мы преследовали, остались где-то позади. Безмерная власть нас извратила. И некому на это указать, наши лидеры давно: мертвы, загадочно убиты. Я думаю, мы изначально действовали не так. Нам следовало говорить с вами, обучать и направлять вас; однако теперь, наши ошибки невозможно исправить. Остались дни, может даже часы, до того момента, когда всё окончательно рухнет.
— Неужели среди тех повстанцев нет лидера, который готов говорить?
— У них есть какая-то авторитетная фигура. Человек из далёкого будущего, который оказывает
на них всех огромное влияние; говорят, это он руководит ими.
Они зовут его Ангел. Его чувство времени не уступает нашему.
— Каким может быть будущее, если люди и властители договорятся о мире?
— такое невозможно. Это нарушит цепь событий. Причина существования повстанцев — война. Человечество продолжит существовать в таком случае, но повстанцы — нет, и мы тоже. Они и мы прибыли из времени, в котором идёт война. Заключать мир нужно было тогда. Если сделать это сейчас — произойдёт парадокс. Мы тем самым уничтожим эту планету и себя заодно. А война продолжится, пока одна из сторон не уничтожит другую.
Поэтому я вижу только два варианта развития событий, зависящих от того, кто победит в настоящем. Два этих исхода почти одинаковы. Повреждения пространственно-временного континуума в том или ином случае будут ужасающими.
Можно также поразмышлять о том, что произойдёт, если Машина не даст ни одной из сторон победить, помогая то одним, то другим. Она не сможет делать это вечно. Это сделало бы процесс жизни в этом времени похожим на бесконечное проигрывание одной кассеты в вашей древней аудиосистеме. В конце концов, пальма первенства будет у тех или у других, в противном случае это тоже приведёт к парадоксу. Говорю тебе, конец неизбежен. До коллапса остались считаные дни. Это нельзя изменить. Все мы точно умрём. Возможно, мы получили величайший дар, который только могла преподнести Вселенная. Я думаю, что мне всегда хотелось лишь одного — освободиться от своих обязательств. Лучше, что мы сейчас можем — это не заботясь ни о чём насладиться тем временем, что осталось. Мне всегда отчаянно хотелось услышать свой собственный голос, который скажет мне, что я могу сбросить с себя эту великую ответственность, и теперь я услышал его. Также я понял, что если в конце своих поисков я узнаю, что катастрофа неотвратима, то все, чего я достиг, испытал или приобрёл, ничего не будет значить; наоборот, это сделает бессмысленным всё и вся и сделает меня по-настоящему свободным и умиротворённым в последние мгновения моей жизни. Если ты меня спросишь: “Чего ты хочешь от жизни?” Я мог бы совершенно честно ответить: "Этого”.