Тем более, что Таня и сама не хотела разводиться. Положение супруги директора завода давало ей множество привилегий. Она смирилась с равнодушием мужа и собралась уехать с ним в Ленинград, если он все-таки пойдет на повышение.
И вот теперь, когда она даже нашла множество плюсов в своей ситуации, случилось так, что все это могло в одночасье развалиться. Она уже давно заметила, что муж не доверяет ей и что-то подозревает.
Сегодня она задержалась с любимым человеком больше, чем обычно, у тому же выпила с ним коньяка и теперь опасалась, что муж быстро выведет ее на чистую воду. В гневе муж просто ужасен. Что он сделает с ней, даже трудно представить.
Она пришла домой и с облегчением обнаружила, что муж еще не приехал. Ну и слава богу. Таня быстро принялась переодеваться, чтобы к приезду мужа выглядеть больной и сонной, будто бы она заболела, отпросилась с работы и весь день провела в постели.
В дверь позвонили и Таня нервно выскочила из спальни на звук.
— Иду, милый, иду, — крикнула она и быстро открыла дверь.
Но за порогом стоял вовсе не муж, а его помощник, Вячеслав Синицын, молодой человек лет тридцати. В руках он держал пухлую папку с бумагами.
— Простите, Татьяна Геннадьевна, а разве Олег Дмитриевич еще не приехал? — спросил он, смущенно поправив большие очки на переносице. — Я думал, он уже здесь. Он уехал гораздо раньше меня. У меня к нему срочное дело.
Таня пропустила молодого человека в квартиру.
— Проходи, Слава. Нет, Саша еще не приехал, но будет с минуты на минуту, — сказала она, плотнее завязывая пояс халатика на себе. — Ты можешь его подождать в гостиной.
Синицын поблагодарил и вошел в квартиру. Потом отправился в гостиную.
— Будешь чаю? — спросила Таня и отправилась было на кухню, но тут в дверь снова позвонили. — Ну вот, Олег тоже пришел.
Но когда она открыла дверь, на пороге снова оказался вовсе не муж. Таня не успела ничего сказать, потому что мужчина схватил ее за горло, сжал его и потащил перепуганную женщину вглубь квартиры.
— Это Олег Дмитриевич? — спросил Синицын, выходя из гостиной. — Мне надо срочно поговорить с вами.
Пришелец толкнул Таню на пол и пнул Синицына в пах. Мужчина со стоном повалился на пол и согнулся пополам. Очки слетели с лица и упали на ковровую дорожку.
— Помогите! — захрипела Таня и поползли по полу, пытаясь спастись.
Но куда там. Пришелец еще раз пнул Синицына, на этот раз в голову и помощник директора от боли потерял сознание.
Тогда незваный гость достал кармана легкой летней куртки нож и подошел к ползущей Тане. Схватил ее и ударил ножом, потом перерезал горло.
Через пять минут пол коридора весь покрылся кровью. Пришелец умудрился нисколько в ней не испачкаться. Убедившись, что Таня и Синицын мертвы, он вытащил из кармана все той же куртки игральные карты и оставил на телах две карты с изображением короля пик.
Глава 11
Тайник под сердцем
Утром меня снова разбудил трезвон телефона. Нет, это совершенно невозможный звук, с таким дребезжанием можно разбудить даже глухого. Легче выслушивать пальбу пушки над ухом, чем этот резкий ужасный звук.
Я зашевелился, открыл глаза и сразу увидел рядом с собой спящую девушку с золотистыми волосами, разметавшимися по подушке. Ну конечно, это же Эльза. Моя давняя любовь, которая наконец-то увидела во мне мужчину, а не безропотного слугу, готового выполнять малейшие ее прихоти. Вчера я сумел довести задуманное до конца и поздравить самого себя с днем рождения, причем самым наилучшим для мужчины образом.
Мы заснули под утро, а сейчас, судя по теням, лежащих на стенах от лучей восходящего солнца, еще совсем рассвет. Кто это может искать меня в такой ранний час? Телефон продолжал противно дребезжать и Эльза тоже недовольно сморщила симпатичное личико, красивое даже сейчас, после бурно проведенной ночи.
— Ну, Янчик, ты собираешься взять трубку? — сонно спросила она, не открывая глаз.
Я все еще надеялся, что неизвестный абонент угомонится и прекратит звонок, но телефон так и не унимался. Я вздохнул, встал с постели и поплелся в коридор. По дороге посмотрел на настенные часы. Пресвятые Маркс и Энгельс, всего шесть утра с хвостиком! У того, кто разбудил меня в такую рань, должны быть очень веские основания для этого, иначе ему придется выслушать от меня кучу нелюбезностей.
С другой стороны, я понимал, что просто так в такую рань звонить не будут. Что-то стряслось. Поднял трубку и спросил: