Только с помощью полноценного мышления инстнктивные стимулы поведения могут быть переведены сознанием в подчиненное положение, т.е. противоборство будет безоговорочно склонено в пользу полноценного мышления. Это вполне возможно, но, повторим, при одном обязательном условии: мышление будет сознательно формироваться вопреки стихийным тенденциям. Для осуществления этого условия требуется предварительная формулировка требований, предъявляемых к мышлению, и, затем, создание системы формирования полноценного мышления, через которую в детстве должны проходить все люди Земли, чтобы стать полноценными членами гармоничного общества. Сейчас направленное формирование полноценного мышления не только полностью отсутствует, но даже не осознается его необходимость подавляющим большинством землян, ошибочно считающих, что их разумность уже полностью сформирована от рождения, подобно инстнктам. Поэтому межгосударственые отношения и состояние социумов внутри отдельных стран постоянно подвергаются испытаниям на прочность противоборством инстинктов и разумности. Продолжающие существовать надежды на естественную эволюцию разумности человека или в результате совершенствования просвещения и достижения на этом пути полноценного мышления означает непонимание сути этого явления. Чем-то подобные надежды напоминают наивную веру в то, что в результате биологической, социальной и технологической эволюции люди будут рождаться уже умеющими писать, переходить дорогу «в положенном месте» и завязывать галстук!
...Пока они рождаются даже не умеющими ходить!
ЭВОЛЮЦИЯ КУЛЬТУРЫ
Полезно подвести итог первых трех частей книги, посвященных попыткам понять сущность разумности и степень зависимости цивилизации от уровня сформированности мышления. Стоит напомнить, что феномены «жизнь» и «разумность» полагались уже существующими. Это, конечно, не значит, что происхождение жизни, разумности и механизм эволюции сами по себе не представляют острейшего интереса, как и возникновение Вселенной и Земли. Но эти вопросы настолько сложны и настолько далеко отстоят от уровня знаний современной науки, что, в отличие от вопросов поднятых в этой книге, едва ли могут быть разрешены в обозримом будущем. За время существования науки появились только очень поверхностные гипотезы, в правдоподобность которых часто трудновато поверить, и груды экспериментальных данных, которые неизвестно как связать воедино. Может быть, когда наука отметит свой тысячелетний юбилей – едва ли заметно раньше! - на эти вопросы появятся исчерпывающие и связные ответы. А может быть и не появятся никогда, потому что мощи интеллекта человека не хватит, чтобы преодолеть барьеры, поставленные Законами Природы. Столь большой срок связан и с тем, что истинное понимание означает знание подробнейшей причинно-следственной цепи процессов, приводящих к появлению жизни, биологических видов и разумности. Подробной и ясной настолько, что разумную жизнь можно будет экспериментально воспроизвести, а если и останутся препятствия - то чисто технические, т.е. принципиально преодолимые. Вместе с тем, трех сотен лет хватило, чтобы понять некоторые общие принципы жизни и требования к разумности, которые никогда не изменятся. К их числу относится понимание, что цели у жизни, как природного феномена - нет, что единственной функцией жизни является саморепликация, разумность лишь потенциально возможна, не наследуется и не нужна для саморепликации, т.е. явилась случайностью эволюции, а цивилизация - лишь побочный эффект разумности. Что при объяснении явлений природы безусловно должно выполняться требование рациональности интерпретаций, а принцип причинности непоколебим. Из этого следует вывод, что все существовавшие и ныне существующие реалии цивилизации - случайны и необязательны, отражая лишь хаотичность становления человеческой популяции и постепенность превращения ее в общество. В то же время, разумность оказалась самым сильным стимулом поведения человека, но никакой возвышенной и романтической мути в разумной жизни не существует, кроме этой сухой констатации. Разумность, явившись просто недоразумением природы, сделала факт существования окружающего мира и самой жизни осознаваемыми. А это значит, что дальнейшая жизнь человека разумного может быть сознательно организована и спланирована. Но это может стать возможным лишь при условии, что основная часть человечества станет полноценно мыслящей.